Герой возвращается в Советский Союз 1977 года, где его ждут опасные интриги: заговоры КГБ, тайные общества и коварные агентки. Запутанная сеть загадок и тайн разворачивается перед ним среди атмосферы позднего СССР, где нужно разобраться, кому доверять и как выжить в этом опасном лабиринте.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Союз-77. Книга 2. Мы одной крови» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Герой возвращается в Советский Союз 1977 года, где его ждут опасные интриги: заговоры КГБ, тайные общества и коварные агентки. Запутанная сеть загадок и тайн разворачивается перед ним среди атмосферы позднего СССР, где нужно разобраться, кому доверять и как выжить в этом опасном лабиринте.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Герой возвращается в Советский Союз 1977 года, где его ждут опасные интриги: заговоры КГБ, тайные общества и коварные агентки. Запутанная сеть загадок и тайн разворачивается перед ним среди атмосферы позднего СССР, где нужно разобраться, кому доверять и как выжить в этом опасном лабиринте.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
И да, настроение у босса, похоже, менялось по нескольку раз в день.
После ужина Миша привёз меня обратно в «Кыргызстан». Было темно. Не поздно, но возникло ощущение, что уже глубокая ночь.
Гостиница представляла собой довольно длинное современное здание из бетона и без намёков на национальный колорит. Восьмиэтажная, расчерченная ячейками балконов, она была одной из первых высоток в городе. Площадь перед ней плавно переходила в сквер с аккуратными газонами, густой зеленью и спокойным шумом фонтана.
— Миша, спасибо, — поблагодарил я его на прощание.
— О чём речь, — широко улыбнулся он. — Если что потребуется, говори, не стесняйся. Всё что смогу.
Сейчас мне нужно было узнать, где проживает Аджан-Мурадян, но просить помочь Мишу было неправильно. Потому как, если я этому Аджану сверну голову, что совсем не исключалось в данном сюжете, Миша может сказать, что я им интересовался.
Поэтому я ничего спрашивать не стал. Мы распрощались, я прошёл через просторный вестибюль к междугородним таксофонам и вошёл в свободную кабину. От обычного, двухкопеечного, аппарат отличался только тем, что нужно было бросать не две, а пятнадцать копеек, наличием кнопки да ещё щитком с последовательностью действий:
1.Вставьте монету.
2.Снимите трубку, дождитесь гудка.
3.Наберите цифру «8», дождитесь гудка.
4.Наберите код города и номер абонента.
5.Услышав ответ абонента, нажмите кнопку.
6.По окончании разговора, повесьте трубку
Пятнашки были припасены заранее. Я сделал три звонка и оставил сообщения для Весёлкина, Сёмушкина и Львова о том, что прибыл на место и пока всё в порядке, но есть, как говорится, нюансы. А вот утром мне нужно было встретиться с гэбэшным связным, он работал парикмахером в Доме быта. Вернее, даже не связным, а весьма информированным агентом Грабовского и мог мне помогать по мере необходимости.
Закончив обзвон, я пошёл к себе в номер и сразу завалился спать. Ещё не слишком-то хотелось из-за трёхчасовой разницы во времени, но утром нужно было чувствовать бодрость, а не разбитость. Так что я заставил себя уснуть.
Утром я встал пораньше и сразу после завтрака двинул к парикмахеру. Идти нужно было около двадцати минут. Кругом были парки с жёлтой листвой. Прямо город-сад. Прошёл по Советской площади. Прошагал мимо строгого и монументального Совета Министров, потом — мимо современного, из стекла и бетона, драматического театра.
Улицы были прямыми и широкими, кругом располагались скверы и площади. Даже несмотря на отсутствие поблизости высотных домов, создавалось впечатление масштабности. Вдалеке виднелись очертания Киргизского Алатау доминирующего над городом и создающего немного сказочное ощущение.
Свернув на Ленинский проспект, я вскоре добрался до Дома быта.
