Герой возвращается в Советский Союз 1977 года, где его ждут опасные интриги: заговоры КГБ, тайные общества и коварные агентки. Запутанная сеть загадок и тайн разворачивается перед ним среди атмосферы позднего СССР, где нужно разобраться, кому доверять и как выжить в этом опасном лабиринте.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Союз-77. Книга 2. Мы одной крови» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Герой возвращается в Советский Союз 1977 года, где его ждут опасные интриги: заговоры КГБ, тайные общества и коварные агентки. Запутанная сеть загадок и тайн разворачивается перед ним среди атмосферы позднего СССР, где нужно разобраться, кому доверять и как выжить в этом опасном лабиринте.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Герой возвращается в Советский Союз 1977 года, где его ждут опасные интриги: заговоры КГБ, тайные общества и коварные агентки. Запутанная сеть загадок и тайн разворачивается перед ним среди атмосферы позднего СССР, где нужно разобраться, кому доверять и как выжить в этом опасном лабиринте.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Понимаете?
— Вложения — это хорошо, — засмеялся Сармат.
— Но у нас, — возразил ему Башка, — бабок хватает. Я тебе говорил, если будет надо, ещё достану."
"— А у кого? — поинтересовался я. — И на каких условиях. Вы поймите, Лазаря вы хорошо знаете, работаете с ним не первый год. С ним и об условиях говорить можно, не только о суммах.
— Откуда мы берём, — это исключительно наше дело, — отрезал Башка и глянул на меня волком.
Ну, да. Я и не думал, что он возьмёт и скажет. Но вопрос интересный. Откуда столько бабок, что от Лазаревых он так легко отказывается? Вероятно, это и был ключ к ответам на поставленные мне вопросы. Вряд ли деньги ментовские, Щёлоков был не в такой позиции, чтобы организовать финансирование. Он просто хотел контролировать Сармата и ещё с десяток подобных Сарматов. Контроль над ними давал не только деньги, но и реальную власть…
— Безусловно, — поднял я руки, не желая обострять, — это ваше дело. Мне знать эту информацию и не надо. Но, Сармат, в любом случае, инвестиций много не бывает. С нашими деньгами вы сможете масштабировать бизнес. То есть расширить и добиться гораздо больших показателей. Мы с вами единственные в стране структуры. Не отдельные специалисты, а конкретные структуры. Думаю, нужно обязательно сотрудничать.
— Не, — засмеялся Сармат, — во заливает, да, Башка? Надо нам оставить этого кента. Будет твоим помощником, а? Что думаешь?
Башка от такой идеи был явно не в восторге
— У них, может и структура, — холодно усмехнулся он. — Да только они обычные барыги, а мы боевая организация. И ты, Сармат, не активист какой-то, а уважаемый всеми вор.
— Так это ещё лучше, — возразил я. — Мы не конкурирующие группировки, а взаимодополняющие. Каждому из нас чего-то не хватает. А вместе мы сила.
— Нам всего хватает, — постарался свернуть разговор Башка.
Впрочем, Сармат и сам заторопился на какую-то встречу.
— Так, мы поехали, Стрела. А ты отдыхай спокойно, можешь в баню сходить часика через два, сейчас скажу, чтобы нагрели.
— Не, я хочу в городе оглядеться. Чего мне сидеть в доме одному? Я ж не дед старый.
Сармат согласился. Они поехали в тот же самый ресторан, а меня повёз катать по городу Лысый.
— Слушай, — сказал я после получаса катаний. — Чёт я замотался уже. У тебя дела есть? Езжай, займись. А меня вон высади у кафешки. Я посижу чаю попью спокойно.
Лысый с радостью согласился, а я, как только он уехал, нашёл телефонную будку и позвонил в бухгалтерию Дома быта. Моисея пригласили к телефону, и я спросил, нет ли у него новостей по моему вопросу.
— Есть-есть, молодой человек, вернее, будут вечером. Так что завтра подходите утром. Я вас побрею.
Я поблагодарил и пошёл в кафе, взял стакан чая и стал ждать возвращения Лысого, размышляя о том, что было, что будет и чем сердце успокоится.
