Автор
Пустота – нечто бесконечно далекое и недосягаемое. В книгах "Сокровища чистого разума" Пустоту рассматривают как атмосферу великой тайны, где мир зеркально отражает собственное отсутствие. Эта книга открывает дверь в мир философских и поэтических мusingов о том, что скрывают её границы, будь то забор или дыра во Вселенной....
– У меня мало времени, поэтому обойдёмся без лишних эмоций и вопросов. Только дело. – На «Легавом» Вениамин переоделся и потому явился не в кожаном костюме охотника, а в тёмно-зелёной форме офицера мритских стрелков, правда, без знаков различия. И – впервые на памяти Алоиза – при оружии: к портупее была прилажена кобура с пистолетом.
– К форту идёт лекрийская эскадра, полагаю, минут через сорок, самое большее – час они окажутся в прямой видимости.
Сидящая в кресле Агафрена шумно вздохнула, но и только, комментировать сообщение не стала, а вот Холь не удержался:
– Большая?
– Шесть цеппелей, – уточнил губернатор.
– Твои враги?
– На Менсале отсутствует понятие «друзья».
Алоиз нахмурился – ему не понравилась неуместная шутка – и поправился:
– Я имел в виду другое: вы воюете?
– Возможно, – усмехнулся Вениамин. – На Менсале не принято объявлять о начале боевых действий, поэтому политическую обстановку я пойму, лишь переговорив с лекрийцами.
– Твой день рождения был три месяца назад. – Агафрена чуть изогнула бровь. Ей, так же как и Холю, не нравилась весёлость Мритского.
Шпаки всегда нервничают, когда военные улыбаются.
– Всё в порядке, дорогая, – успокоил жену губернатор. – Пока у меня всё под контролем.
– Пока?
– Повторяю: сначала послушаем, что скажут лекрийцы.
– Кхе… – Кашлянув, Алоиз показал, что ему неловко влезать в разговор супругов, но обстоятельства вынуждают.
– Пусть остаётся на месте, – ровно ответил Мритский, повернувшись к инженеру.
– Почему?
Несколько секунд Вениамин внимательно и довольно прохладно смотрел на Холя, физически – снизу вверх, но по ощущению – стоя чуть выше, после чего спокойно объяснил:
– Потому что я так решил.
И Алоиз понял, что спорить не имеет смысла.
