Автор
Пустота – нечто бесконечно далекое и недосягаемое. В книгах "Сокровища чистого разума" Пустоту рассматривают как атмосферу великой тайны, где мир зеркально отражает собственное отсутствие. Эта книга открывает дверь в мир философских и поэтических мusingов о том, что скрывают её границы, будь то забор или дыра во Вселенной....
Обычно округлая физиономия Бааламестре лучилась дружелюбием, однако сейчас черты лица затвердели, в глазах появился нехороший блеск, и уже никто не смог бы назвать Каронимо «простодушным фермером» – перед учеными сидел жёсткий, много чего повидавший человек.
– Тебе следовало оставить им образец пулемета, – наставительно произнёс Гатов, на которого смена выражения не произвела особенного впечатления. – Сделать вид, что сделка состоялась.
– Обойдутся.
– Каронимо!
– Павел, я всё понимаю. – Бааламестре сбавил тон, но говорил с прежней уверенностью.
– В таком случае объясни Энди, как мы покинем Менсалу, – предложил Гатов.
– Легко, чтоб меня пинком через колено! – Судя по скорости ответа, толстяк готовился к разговору весь обратный путь из сферопорта и заготовил целых два аргумента. – Во-первых, необязательно уходить через Шпеев, это тебе любой астролог скажет. На другие планеты ходят цеппели из всех крупных городов Менсалы…
– И во всех крупных городах есть бандиты, которые охотно окажут услугу оскорблённым шпеевским торговцам, – перебил друга Павел.
Однако сбить Каронимо с мысли не получилось:
– А во-вторых, я что, никогда не переодевался в женщину?
Алхимик вздрогнул, повернулся, пару секунд изумлённо таращился на небритую физиономию Бааламестре, после чего глотнул бедовки и выдал:
– Представляю, какой кошмар получится.
– Ты меня без щетины не видел, – осклабился толстяк, потирая подбородок.
– И хорошо, наверное…
– Тебя не могли выследить? – мрачно поинтересовался Гатов. Он смирился с выходкой друга и занялся прикладными вопросами.
– Когда я уезжал, они все полудохлые валялись, – уточнил Каронимо.
– Я серьёзно.
– Я тоже, чтоб меня пинком через колено. – Бааламестре подобрался. – С места встречи я уехал на мотоциклете, потом избавился от четырёхстволки: разобрал и бросил в Лепру, механизм разбил в труху…
– Хорошо, – негромко одобрил Павел. Он не хотел, чтобы его изобретение оказалось в чужих руках.
– Потом бросил мотоциклет, пешком добрался до полустанка, который выбрал заранее, и сел в товарняк до Триберди. Дело было в сумерках, так что меня точно никто не видел.
Уверенность, с которой Каронимо описал отступление, произвела впечатление: Гатов кивнул, подтверждая, что ответ ему понравился.
– Хорошо… – И тут же осведомился: – Зачем ты купил пулемёт?
– В подарок Эзре, – ухмыльнулся Бааламестре.
