У Мавра оставался для связи сотовый телефон, отнятый у «хвоста», и вот спустя четыре часа, уже ночью, раздался звонок. Тесть работал вторую неделю, без сна и отдыха, устроив из кухни мастерскую, однако на любой звук вострил ухо. Пришлось накинуть на голову одеяло.
— Встреча завтра в шесть пятнадцать утра. За вами придет машина, серая «Волга»…
— Нет. Говори где, сам доберусь.
— Это далеко, за городом….
— Ничего. Назови место?
— Транспортная развязка на двадцать седьмом километре Каширского шоссе. Поворот на Голышево, есть указатель. Через три километра начинается сосновый бор. На обочине будет стоять джип «ланд краузер».
— Добро, не опаздывайте.
Он тут же позвонил с квартирного телефона Бизину в Переделкино. Трубку подняла сонная домработница — не выгнал! — узнала по голосу, побежала будить хозяина.
— Нужна машина с твоим водителем, — сказал Мавр. — Сейчас, немедленно.
— Водитель живет в Москве, — сразу проснулся Виктор Петрович. — Я отпустил его. Будет здесь к семи.
— У тебя что, больше ни одной машины?
— Есть, но все в работе…
— Выкручивайся, как хочешь!
— Могу послать надежного человека на «опеле».
— Посылай хоть телегу! Но через час чтоб была у меня. Буду ждать в самом начале нашей улицы.
— Высылаю!
— Ты Хортова мне разыскал?
— Непонятно, как в воду канул! — поклялся старый хитрец.
— В воду он не канул! Ищи! Как подвигаются дела с освобождением моей жены?
— Такие силы поднял — ни в какую! Все сходится на лагерном начальстве — пишут отрицательную характеристику.
— Надо чтобы написали положительную, — Мавр отключил телефон.
Автомобиль прибыл точно в срок и был в ту минуту единственный на улице. Мавр стоял в тени углового здания, возле самой стены и увидеть его было невозможно, проезжая мимо, но машина, остановилась у тротуара напротив и еще мигнула дальним светом.
В сумеречном уличном освещении он не мог определить марки, пришлось выйти под свет фонаря и демонстративно пройти мимо.
В тот же миг раздался короткий сигнал. Он убедился, что это «опель», вернулся и открыл дверцу.
— Прошу, Виктор Сергеевич!
За рулем сидела домработница Бизина!
Он выругался про себя и с шумом опустился на сиденье: строптивость и упертость адвоката уже начинали бесить.
— На Каширку, — бросил Мавр, справляясь с гневом.
— Не волнуйся, все будет в лучшем виде, — пообещала она и круто развернулась. — Меня зовут Полина, мы так и не познакомились…
— Смотри на дорогу, — буркнул он, не терпящий женской фамильярности, и одновременно все еще раздумывая, что же делать: бросить ее и взять такси — на встречу успеть можно, однако обстановка останется темной.