Бывшие сотрудники секретного института ищут легендарные сокровища: клады древних ариев, библиотеку Ивана Грозного, Янтарную комнату и золото третьего рейха. В опасной охоте за богатствами участвуют враждующие группировки, международные организации и государственные структуры. Каждому...
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Сокровища Валькирии. Книги 1-7» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Бывшие сотрудники секретного института ищут легендарные сокровища: клады древних ариев, библиотеку Ивана Грозного, Янтарную комнату и золото третьего рейха. В опасной охоте за богатствами участвуют враждующие группировки, международные организации и государственные структуры. Каждому...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Бывшие сотрудники секретного института ищут легендарные сокровища: клады древних ариев, библиотеку Ивана Грозного, Янтарную комнату и золото третьего рейха. В опасной охоте за богатствами участвуют враждующие группировки, международные организации и государственные структуры. Каждому...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Сокровища Валькирии. Книги 1-7» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Телеграфистка приняла телеграмму, объяснила, как отыскать пекарню, и он, в самом деле, прежде чем идти к учителю, купил горячего хлеба: надо было проявлять инициативу, потому что жить в нахлебниках у пчеловода становилось уже неловко, хотя Русинов был уверен, что его держат на пасеке как своеобразного подопытного. Кормят же кроликов в клетке…
Михаил Николаевич оказался дома. Сидел босой на крыльце под навесом, довольно улыбался, а возле него и по нему ползали четверо детей возрастом от двух до пяти лет и поразительно на него похожих. Веснушчатые, рыжеволосые крепыши, только бород не хватало. Когда вокруг лил дождь, на крыльце было особенно уютно, сухо и чисто. Русинов вручил ему банку с мёдом, к которому дети отчего-то не проявили никакого интереса, а гостеприимный учитель, напротив, очень ему обрадовался и стал зазывать в дом попить чаю. Русинов отказался, сославшись на дорогу и спешку: можно было опоздать на «голгофу».
— Мёд точно вербный? — уточнил Михаил Николаевич.
— Сказал, вербный, — Русинов стоял у края навеса, чтобы не следить по чистым доскам мостков.
— Хорошо! — одобрил учитель. — Лечебный!.. А вы отдыхаете у Петра Григорьевича?
— Отдыхаю…
— И сейчас, значит, назад?
— Назад…
— Тогда одну минуту! — Михаил Николаевич ушёл в сенцы.
Дети продолжали возиться, словно подрастающие котята, совершенно не обращая внимания на незнакомого человека. Учитель вынес ему поношенные альпинистские ботинки.
— Отвезите Григорьичу, — попросил он. — В прошлом году как оставил, так и не забирает. Забыл, наверное.
— Хорошо, — согласился Русинов.
— Крепкие ещё, не износились… Я ему тут записку сунул!
Он снова сел на крыльцо, и дети тут же облепили его со всех сторон. Русинов распрощался и пошёл с учительского двора."
"По дороге он раздумывал, читать записку Михаила Николаевича или нет. Слишком уж много приходилось делать того, чему противилась душа — подглядывать, забираться под чужие замки, окольным путём выпытывать что-то у людей, провоцировать молодую девушку, пользуясь её откровенностью. А хотелось вот так, как этот учитель, сидеть босым на крылечке и чтобы по тебе ползали ребятишки, чтобы было сухо, тепло и уютно в дождливую погоду.
И всё-таки он на ходу пошарил рукой в ботинках, достал тетрадный листок и стал читать. Потом резко остановил машину и уже спокойно, внимательно прочитал записку. «Пётр Григорьевич! Спасибо за мёд. Попробовать не успел, но вижу — вербный. Последний раз я его пробовал ровно девять лет назад. Только ты его поскорее продай, а то засахарится, ничем не возьмёшь. А на медовуху он не годится, бывает даже отравление, как от падевого мёда. Потом заезжай! Миша».
