Бывшие сотрудники секретного института ищут легендарные сокровища: клады древних ариев, библиотеку Ивана Грозного, Янтарную комнату и золото третьего рейха. В опасной охоте за богатствами участвуют враждующие группировки, международные организации и государственные структуры. Каждому...
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Сокровища Валькирии. Книги 1-7» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Бывшие сотрудники секретного института ищут легендарные сокровища: клады древних ариев, библиотеку Ивана Грозного, Янтарную комнату и золото третьего рейха. В опасной охоте за богатствами участвуют враждующие группировки, международные организации и государственные структуры. Каждому...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Бывшие сотрудники секретного института ищут легендарные сокровища: клады древних ариев, библиотеку Ивана Грозного, Янтарную комнату и золото третьего рейха. В опасной охоте за богатствами участвуют враждующие группировки, международные организации и государственные структуры. Каждому...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Сокровища Валькирии. Книги 1-7» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Деньги были, и, как говорят, жгли ляжку. В тот же день я собрался съездить к отцу, пока будто бы в отпуск, ну и похвастаться, дескать, у меня всё отлично, смотри, на «Урале» катаюсь, есть ружьё — пятизарядка, приёмник «Океан» и даже магнитофон (всё имущество носил с собой в рюкзаке, девать было некуда). А самое дорогое — свежий бивень мамонта, который ценится по весу золота, и можно сказать, я вожу с собой целое состояние.
Отец к геологии относился насторожённо, говорил, там одна бродяжня работает, да сибулонцы.
И ещё съездить в родные места, на свою речку, к могилам матушки и деда…
Но тут вспомнил — не встал на партийный учёт, а надо сделать это в течение пяти дней, и сегодня — последний. (В партию нас принимали за раз целыми отделениями в армии, ведь ЦК КПСС охраняли!) Пришёл в райком, а там говорят, не можем поставить, прописки нет, работы нет, но выход есть — иди в милицию, ты же служил в таком месте! С Брежневым чуть ли не каждое утро за руку здоровался. Откровенно сказать, милицию я недолюбливал с юности, после массовых драк между общагами геологов и автодорожников даже в каталажке просидел целую ночь.
А тут милицейские погоны надеть!
Думал, формальность, отбрешусь, но там сразу же взяли за жабры и я понял, как правы были вербовщики в ОМСБОНе, кузнице кадров. Мне обещали сразу всё — звание лейтенанта, должность в уголовном розыске, оклад и пока что — отдельную комнату в общежитии. И времени на раздумья дали два часа. Я вышел из красивого, с колоннами, здания, охраняемого милицейскими постами, и обнаружил, что из коляски мотоцикла украли имущество, которым я гордился — любимую пятизарядку, приёмник, магнитофон, фотоаппарат, бинокль, вещи для походного человека драгоценные, и всё моё состояние, то есть бивень мамонта.
Не думаю, что это сделали специально, вынуждали таким образом идти на работу в милицию; это была случайность, но роковая. Пожалуй, впервые я задумался, а почему так происходит? Зачем в трёх шагах от Манараги встретился однополчанин и сманил на Таймыр, что ничего, кроме разочарования, не принесло?
Теперь судьба привела в уголовный розыск, и что же ждать от этого?
Геолого-географический факультет я в тот же год оставил и поступил снова, теперь на юридический, вместо комнаты мне дали кладовую без окошка, камеру в шесть квадратных метров, в доме, заселённом криминальным, пьяным элементом — рассчитывали, что я попутно буду усмирять поножовщину, возникающую чуть ли не каждую ночь.
Целыми днями выслеживал и отлавливал преступников (в уголовке райотдела диапазон дел у оперативников колебался от украденных штанов до тройного убийства), а к ночи возвращался в свою камеру и зубрил предметы по юриспруденции, с ужасом понимая, что всё это совсем не моё и к будущему не имеет никакого отношения.
