В живописной домовой усадьбе на необитаемом острове начинается семейная идиллия, но не всем это нравится — Инге приходится работать еще больше, чтобы соблюсти баланс между хозяйственными заботами и душевным спокойствием дома.
На всех трех предметах таковые клейма имеются. И никакой подделки, что характерно: это и в самом деле те самые вещи, стопроцентно подлинные."
"Примерно через месяц после того, как Жердовского обнесли, Смолин и лопухнулся: купил у заезжего уральца по довольно приемлемой цене все три предмета. Начавши их изучать уже с лупой, обнаружил совершенно непонятное клеймо — и на всякий случай решил повременить, не пускать цацки в продажу, а придержать. И как в воду смотрел: еще через недельку, как в таких случаях частенько случается, к нему явились с визитом вежливости ребятки из соответствующего отдела (как, впрочем, и ко всем остальным шантарским антикварам) и оставили списочек похищенного в Питере, где среди прочего имелось и четкое изображение этого самого клейма с разъяснением, в чем тут фишка.
Какая тут продажа… Но и нести в милицию Смолин паленые редкости не стал, не было у него такой привычки, сотрудничать с органами.
Жердовского ему было нисколечко не жаль: судя по собранной впоследствии информации, та еще гнида, вовсю менявшая в блокадном Ленинграде подобные редкости на продукты. Под девяносто скоту, а все еще бодренький и своего не упустит. Будь на его месте кто другой, Смолин, вполне вероятно, и отправил бы вещички тишком владельцу — но что касаемо Жердовского, перебьется…
В общем, Коке при любом раскладе придется кисло.
У него, конечно же, спросят первым делом: откуда дровишки? И он, конечно же, с ходу начнет рассказывать про отставного капитана первого ранга, у коего все это приобрел законнейшим образом. Покажет улицу и дом — он прекрасно рассмотрел, Смолин видел, табличку на углу дома, где и улица, и номер были четко прописаны…
Вот только «каперанга» не найдет ни одна собака, ищи его хоть по всему свету.
