В живописной домовой усадьбе на необитаемом острове начинается семейная идиллия, но не всем это нравится — Инге приходится работать еще больше, чтобы соблюсти баланс между хозяйственными заботами и душевным спокойствием дома.
Эмаль клал, золотой профиль Кутузова из натурального золота отливал, номера гравировал под старину…
Одним словом, влетело в копеечку — но Смолин заплатил бы и вдесятеро больше ради такого именно результата, скупиться нельзя было, не тот случай…
Заодно уж (чтобы — до кучи) в статье поминалось, как означенный майор незадолго до конфуза с наградами пытался состряпать против того же антиквара еще одно дело, представив безобидный сувенирный меч, свободно продающийся в магазинах, грозным холодным оружием. И в завершение упоминалось о другом деле, насквозь реальном: о задержании в Шантарске залетного московского гостя, пытавшегося продать как раз реальные ордена, хоть и не запрещенные к обороту, но стопроцентно краденые (и дорогущие, между прочим).
Автор, боже упаси, не обобщал и не лил грязь огульно. Он просто-напросто констатировал тот факт, что наряду с правильными следаками, сграбаставшими вполне реального торговца краденой антикваркой, в Шантарске, увы, отчего-то безнаказанно процветают и экземпляры вроде майора Летягина, ради карьеры способного на самые дурацкие телодвижения и фабрикацию вовсе уж фантастических дел.
Не будет преувеличением сказать, что Смолин, право слово, испытывал некое подобие оргазма: сработала ловушечка, еще как! И ведь не подкопаешься! Все именно так и было.
К этому можно добавить, что Смолин, опасавшийся диктофона в кармане «покупателя», разговор провел виртуознейше. Он ухитрился ни разу не упомянуть советские награды, ни разу не назвал медаль или орден полным имечком. И может теперь с честнейшими глазами утверждать, что покупатель просил у него что-нибудь откровенно фантазийное, а поскольку желание клиента — закон, Смолин ему фантазийное и представил.
Одним словом, все в белом, кроме майора. Учитывая шумиху в прессе, в том числе и в столичной, учитывая все жалобы, которые накатали куда возможно и Смолин, и Гольдман, и знаменитый шантарский японовед… Учитывая, наконец, что майор своими забавами крепенько встал поперек горла у людей серьезных, в том числе и носящих точно такую же форму, но побогаче звездами… Абзац котенку.
