В живописной домовой усадьбе на необитаемом острове начинается семейная идиллия, но не всем это нравится — Инге приходится работать еще больше, чтобы соблюсти баланс между хозяйственными заботами и душевным спокойствием дома.
— Ну и как мне это свидание расценивать? — поинтересовалась Яна медовым голоском. — Дядя Вася, неужели наконец решился?
— Мимо, — проворчал Смолин, выруливая в крайний правый.
— Ну, а может все-таки?
— Помолчи, прелестное создание, — сказал Смолин, вертя головой чуть ли не на триста шестьдесят градусов. — Обстановка вокруг сложная, не до глупостей…
— И за коленки хватать не будешь?
— Цыц…
— Совсем-совсем?
— Чадо, помолчи, я тебя умоляю, — серьезно сказал Смолин.
Девчонка примолкла. Непринужденно вытянула сигаретку из его лежавшей в лотке пачки, большим пальцем надавила прикуриватель.
— Не работает, — сказал Смолин, покосившись на нее. — Зажигалку возьми, под газетой…
Высмотрев подходящее местечко, он крутанул руль, ловко втиснул «паджерик» меж черным лаковым джипом и совершенно убитой «шестеркой». Выключил мотор, опустил до половины оба окна и откинулся на спинку. Хотя он смело мог себя причислить к старым циникам, все же нужно было сделать над собой определенное усилие, чтобы прямым текстом обсуждать такие вещи с юным обворожительным созданием.
Он тоже сунул в рот сигарету, обернулся к девушке и неспешно окинул ее взглядом, исполненным насквозь деловой хватки. Черт знает что выросло к девятнадцати годам в соседней квартире — бегал-бегал этакий заморыш с ножками-спичками и совершенно неинтересной мордашкой, а вот поди ж ты… Очаровательная блондиночка в черных брючках и белом топике, фигурка идеальная, полуобнаженный бюст идеальный, а главное — вид абсолютно невинный, этакая монашенка.
Яна ответила на его пристальный взгляд улыбочкой, не вполне и гармонировавшей с обликом юного непорочного создания.
— Нет, правда, дядя Вася, — сказала она совершенно будничным тоном. — У тебя на меня стоит?
— Не вгоняй старика в краску.
— А серьезно? Ведь стоит…
— Ну, допустим.
— Не «допустим», а «точно».
— Ладно, — усмехнулся Смолин. — Точно. Довольна?
— Нет, — сказала Яна. — Это констатация факта и не более того.
