– Куплю себе дельтаплан и буду летать!
– Шею не сверните! – заметила Ольга со знакомой тоскующей ноткой. – Кстати, как спина?
– Всякая болезнь как любовь: если о ней забыл, значит, все прошло, – серьезно заключил он.
– А вы любите свою жену? Или прошло?
– У меня нет жены. Я свободен!
– Это называется «территориальный холостяк».
– Нет, правда, – улыбнулся Русинов. – Мы давно развелись, живем в разных местах… И как только разъехались, обоим стало хорошо.
Если она смотрела в глаза, то как-то особенно, профессионально, как врач, определяющий диагноз по цвету и состоянию радужной оболочки.
– Зачем вы обманываете? Я не понимаю мужчин, которые обманывают для того, чтобы поухаживать за женщиной. Какой смысл в этом? Желание показаться чище, привлекательней? Но чище было, если бы вы сказали правду. И тогда ваш… предмет не станет обольщаться…
– Я вам говорю правду! – слегка вскипел Русинов. – Почему вы не верите?
Ольга разломала, разворошила построенный песчаный домик-пещеру, утрамбовала песок, но тут же начала строить заново.
– Перед отъездом Петр Григорьевич предупредил меня… чтобы я проявила осторожность. Он даже стал бояться, не хотел отпускать с вами.
– Интересно! То сам подталкивал, то стал оберегать! С чего это вдруг?
– Узнал, что вы женаты и очень любите свою жену.
– От кого? – засмеялся он. – Да как можно узнать об этом? Он что, в душу мне заглянул?
– Может, и в душу… Когда вы ездили в Ныроб, он сказал мне… Вы же посылали жене телеграммы?
– Посылал, но откуда это известно Петру Григорьевичу? – насторожился Русинов. – Я ему не говорил!
– Откуда-то узнал. И сказал. – Песок под ее руками уже подсох и рассыпался. – Но все-таки посылали?
Русинов взял бутылку, сходил на речку и набрал воды. Почти всю вылил Ольге под руки, остальное – себе на голову.
– Кругом глаза и уши! Полный контроль! Ничего не скроешь!
– Я же говорила… Наверное, потому, что вы опасный человек.
– Боюсь, – не поднимая глаз, проронила она.
– Правильно делаете! – Он сел за ее спиной и тоже начал рыть песок – просто яму. – Я причинил тут всем большой вред. Но клянусь, больше не причиню! Готов просить прощения, только не знаю у кого. Дурацкое состояние, когда приходится оправдываться!
– А вы не оправдывайтесь, – посоветовала Ольга. – Живите, и все.
После сильных дождей, когда казалось, земля уже не принимает влаги, песок успел просохнуть на глубину ладони всего за сутки. Яма превращалась в воронку.
– Живите, радуйтесь, – продолжала она натянуто-веселым голосом. – Смотрите, вода бежит, солнце светит, птицы поют, комары…
– Хотел вызвать сюда своего друга, – признался Русинов. – Мне одному сейчас не разобраться… Я никому здесь не доверяю, кроме вас. Но вы боитесь и тем более не верите.