Он проснулся и услышал наяву этот свист: из уха выпала затычка…
Время было без пяти двенадцать, и Русинов смутился – дня или ночи? Сколько он проспал? В общем-то время суток не играло роли, однако было приятно думать, что на улице сейчас светит солнце, поют дневные птицы, шумят сосны на уступе и колышется под ветром трава…
Он зажег лучину и сунул ее в насос. Дым почему-то вырывался из него и плыл в пещеру.
Давление выровнялось, и тяга пропала… Дело! Срочно найти работу, действовать!
Русинов вновь загнал зуб ледоруба в уплотнитель двери и пробовал ее отжать – нет, не хотят отворачивать колесо хранители сокровищ.
Он посветил фонарем в стык с обвязкой проема. Уплотнитель оказался свинцовым, предохраняющим от проникающей радиации, и хорошо обеспечивал герметичность. Конечно, не было смысла ожидать радиации из пещеры, похоже, сюда поставили типовую дверь бомбоубежища. Он поковырял свинец ножом – что, если вырезать весь уплотнитель?! Тогда ослабнет и сам собой повернется запор – поперечная профилированная балка с той стороны, прижимаемая к зацепам косяков.
Надежда – великая вещь! Высшая мудрость! Не зря говорят, что она умирает последней…
Русинов начал резать ножом уплотнитель, но в темноте это казалось почти бессмысленной работой. Сантиметровый слой свинца был упрятан под плиту двери, и нож ходил по одному следу, не выстругивая стружки. Если это трудно сделать с открытой части двери, то как же его выковырять снизу, или со стороны навесов?
Выход был единственный – распалить возле двери большой костер, раскалить ее и выплавить свинец. Дров бы хватило, но хватит ли кислорода? Будет ли чем дышать потом? Риск огромный, но надо что-то предпринимать. Вот уже в ушах свистят пули, перед глазами глиняное поле. А что появится завтра?..
Выплавить! По крайней мере это уже кардинальная мера, ведущая к свободе. Кубатура зала все-таки приличная, капель хоть немного, но очищает воздух от газов. Конечно, в случае неудачи он потеряет и хорошую атмосферу, и топливо… Да где наша не пропадала?!
Несколько часов подряд он колол и разламывал в мелкие щепки и поленья бревна и доски, аккуратно выкладывая в клетку возле двери. Накалить дверь нужно было до температуры триста двадцать семь градусов, причем свинец может «поплыть» еще раньше, когда размягчится его структура. Надо лишь постукивать по двери, расшатывать ее, выжимать уплотнитель. Он оторвал всасывающую трубу насоса от ограждения, развернул ее другим концом, и получился неплохой таран, действовать которым можно было снизу – на площадке будет не устоять от жара и дыма.
Вечером он закончил все приготовления и снес вещи вниз, расположившись на камнях за лестницей.