Жанр
На стыке Запада и Востока на Урале Данила-мастер ждет загадочное событие. Подозрения окружающих и тайны сверхсекретного Института кладоискателей обостряются после обнаружения странных артефактов. Кто стоит за этими сокровищами и какие угрозы таятся вдали от официальных отчетов?
Конечно, он обязательно доложит своим, что Русинов с Афанасьевым вылетели куда-то без охраны, но от Службы можно было всегда отбрехаться…
По пути Русинов практически ничего не рассказывал Ивану Сергеевичу, желая поставить его перед фактом. Когда же приземлились неподалеку от «Островского» и пешком подошли к осыпи, спину Русинова вновь ознобило: на камне был знак! Причем намалеванный совсем недавно. Белая краска – автомобильная эмаль – еще свежо и ярко блестела, не побывав ни разу ни под дождем, ни под жарким солнцем.
Они на четвереньках оползали подножие останца, но камень не оставлял и не хранил следы. Русинов наковырял со щебенки под знаком капли пролитой краски для анализа и молча побрел к вертолету.
Неизвестно, кто спасал Ингу, но то, что именно этот человек оставлял таинственные знаки в горах, было несомненно.
А если так, то приходилось верить в сказки…
В этом году Инге Чурбановой исполнилось восемнадцать лет.
Время до августа позволяло поработать в Ныробе и забраться в долину, лежащую между реками Вишерой и Колой, где была одна из огромных «площадей» на «перекрестке Путей», чтобы затем оттуда пройти в верховья Вишеры, перевалить Уральский хребет и спуститься к заповедному камню. Залечь там, зарыться, затаиться и ждать двадцать девятое августа – день, когда должны встретиться Данила-мастер и Инга. Подглядывать за чужим свиданием было нехорошо, но если верить сказкам, то грядущая встреча сулила сенсацию космического порядка. Возле останца, меченного знаком, должны сойтись Правь и Явь, вода и пламень, бытие и небытие, правда и вымысел. Одним словом, должна была свершиться мечта.
Между тем совсем стемнело, и все машины, идущие от Соликамска, светили лишь фарами в лицо, и, как кошки ночью, все были серы. Возле поста они уважительно сбрасывали скорость, и Русинов оживлялся – не инспектор ли? Тот же подрулил лихо, по-хозяйски. Вылез из кабины, потянулся, размялся – подзасиделся за рулем, далеко ездил…
Он был один, и Русинов с облегчением спрятал листок с координатами. Сейчас подойдет и извинительно скажет: «Ошибочка вышла, гражданин, прошу извинения…» Но инспектор неторопливой походкой прибрел к отстойнику, постучал жезлом по дверце:
– Ну что, загораешь?
Русинов успел набрать в рот пищи, сказал сдавленно:
– Это хорошо, – одобрил тот. – А что без света?
– Аккумулятор берегу, – пробурчал Русинов, однако же включил лампочку в кабине.
