Автор
Валерия Гарина потеряла всё — любовь, доверие, будущее. Её «принц» предал её самым жестоким образом, оставив умирать от голода и безысходности. Но она выжила. Теперь, шесть лет спустя, героиня — совсем другая. Её история — о возрождении из пепла, о том, как боль и разочарование закаляют...
Мое либидо требует немедленно воспользоваться этим, но мозг настойчиво зудит о визажистке, к которой никак нельзя опоздать.
— Я буду свободна после восемнадцатого. Двадцатого или двадцать первого, после шести вечера.
— Две недели, — озвучивает он вслух образовавшийся перерыв.
— Послезавтра у меня свадьба, и потом по регламенту — десять дней под пальмами.
— А потом — Новый год. — Вадим кривит губы в некоем подобии ироничной ухмылки. — Что у тебя по регламенту на зимние каникулы? Париж? Видовой ресторан на верхушке Эйфелевой башни?
— Это слишком банально, — живо огрызаюсь на его издевку. — Бери выше — охота, свежевание туши лося, фото боевых шрамов.
— Двадцать первое подойдет, Лори. Я просто пошутил. Семь вечера, ок?
— Ок. — Опускаю взгляд на его член, размером и формой которого можно наслаждаться бесконечно. — Я правда не даю вторых шансов, Вадим, так что скажи спасибо ему.
— Прости, Лори, но я не разговариваю со своим членом.
Господи, он правда идеальный.
Уже в машине я записываю себе голосовое напоминание, что мне нужно заехать к своему женскому врачу и попросить назначить мне оптимальные контрацептивы. Не хочу портить все долбаными «резинками».
Глава двадцать восьмая: Лори
Глава двадцать восьмая: Лори
Настоящее
— Все идеально! — Тоня, моя визажистка, отходит на пару метров и еще раз придирчивым взглядом оценивает проделанную двухчасовую работу. Потом достает откуда-то флакончик со спреем, брызгает на кожу и несильно трет. — Вот, если аккуратно и без фанатизма — можно спокойно со всеми танцевать, и дать себя пожамкать особенно важным гостям."
"Я смотрю на то место на своем плече, где она только что продемонстрировала стойкость грима — он действительно держится и мои татуировки надежно под ним спрятаны. Еще и кожа выглядит такой бархатной, будто я только вчера родилась на свет. Но еще тяжелее — посмотреть на себя в зеркале, где у меня минимальный, но нежный макияж, маленькая диадема в волосах и ни намека на долгие часы боли под иглами мастера в тату-салоне, который скрупулезно превратил маленькую испуганную девочку в беспринципную стерву.
А это — только одно из нескольких дежавю, которые мне предстоит сегодня пережить.
Две моих помощницы помогают надеть платье.
Оно так идеально подогнано по фигуре, что нет ни одной лишней складки или морщинки там, где это не предусмотрено дизайном. Ничего лишнего — ни страз, ни бусин. Только дорогая ручная вышивка по шелку, которая со стороны выглядит будто изморозь.
