Я прислоняюсь к первому попавшемуся дереву и блюю прямо на свои идеально белые новые кеды со «звездами». Блядский хер. Твою мать.
Лори.
— Дмитрий Викторович? — изображает видимость эмоций казенная тетка на том конце связи. — Вы здесь? Алло? Вы меня слышите?
— Адрес, — с трудом выдавливаю из своего судорожно сжатого горла.
И снова блюю.
Она диктует адрес — это государственная областная больница. Место, о котором год назад трубили во всех СМИ, мол, теперь там самое крутое оборудование, лучшие в стране хирурги — настоящие кудесники пилы и скальпеля. Только все это почему-то резко расходилось с историями простых смертных, которых либо вообще не хотели брать с их страшными болячками, либо лечили так, что лучше сразу в морг. И моя Лори попала в этот гадюшник.
— Скажите вашим коновалам, что если к Валерии кто-то хотя бы пальцем притронется — я разнесу ваш ебучий госпиталь по кирпичикам, до ёбаного основания. А того пидара, который рискнет ее тронуть, просто, блять, загрызу. Вцеплюсь в глотку и его из моих зубов смогут забрать только дохлым.
— Дмитрий Викторович, я понимаю ваше состояние, но счет идет на минуты.
Судя по ее ни на пол тона не изменившемуся голосу, эта тетка не воспринимает меня всерьез.
— Мое состояние? Очень не советую вам игнорировать мое «состояние», потому что это может стоить вам прекрасной старости с переломанными ногами!
Какой-то, еще способной трезво мыслить частью мозга понимаю, что веду себя как кусок говна, но страх за Лори одним махом сносит все мои бастионы трезвомыслия."
"Никогда, блять, не был суеверным, но почему именно сейчас, когда я рассказал о ней могиле Алины — случилась эта хуйня? Лори всегда очень аккуратно водит, я бы даже сказал — раздражающе осторожно, слишком рано притормаживая уже на желтый и слишком редко выжимая в черте города даже разрешенные шестьдесят. Не представляю ситуацию, в которой она могла бы попасть в варию по собственной вине.
— Я буду на месте через десять минут. Только попробуйте сделать так, чтобы с ней за это время что-то случилось!
А про себя добавляю, что уложусь в эти блядские шестьсот секунд даже если ради этого придется научиться преодолевать скорость света.
Глава двадцать восьмая: Данте
Прошлое
По пути в больницу вызваниваю Павлова и коротко посвящаю его в проблему. Даже не удивляюсь, что в ответ на мое требование найти мне лучшего в мире специалиста и больницу, он обещает приехать на место и прежде чем пороть горячку, ознакомиться с ее анамнезом.
— Ненавижу всю вашу белохалатную братию, блять, — говорю едва разжымая губы, потому что в них зажата вторая о счету сигарета за последние несколько минут. Прошлую я скурил за четыре затяжки, и только после этого у меня перестали трястись руки. Но жопа так и не разжалась.