Если бы он хотя бы каким-то боком был причастен к происходящему — никакого «когда» не было бы. Но зато очень могло быть «если» на случай, если что-то пойдет не по плану.
Хотя, объективности ради — Завольский так носился с моей беременностью, что вряд ли стал бы меня утилизировать до того, как вскрылась права.
Забавно.
Я горько улыбаюсь, представляя гомерическую сцену в лучших традициях «Декамерона», где старый боров тычет в Авдеева, упрекая что тот задел мне ублюдка, а Вадим с квадратными глазами доказывает, что чертовски окончательно и безоговорочно бесплоден.
— Ты что — смеешься? — шелестит где-то неподалеку Андрей, вынуждая меня вынырнуть из созданного в моем воображении «реалити-шоу». — Тебя все это … ВЕСЕЛИТ?!
— Повтори еще раз, что сказал твой отец, — не обращаю внимания на его крики. В последнее время истерика стала его почти перманентным состоянием. Может, Андрюша в тайне от всех нас собирается сделал новомодный «переход» и подсел на гормональную терапию? Если бы это могло быть правдой — я бы никаких сил не пожалела, чтобы оказаться рядом и тот момент, когда старый боров узрит любимое дитятко в новом обличии. Жаль, что это простом мечты.
— Приказал, чтобы ты ему перезвонила! — взвизгивает Андрей и бросается наверх.
Но он даже сбежать не может без помарок — дважды спотыкается, один раз почти падает кубарем вниз, но все-таки сбегает. Уверена, где-то там, сидя в запертой комнате, чувствует себя Суперменом, что превозмог два лестничных пролета всего с третьей попытки.
Звонить старому борову мне не хочется таки сильно, что я ощущаю физическую боль в руке, когда пытаюсь нажать на клавишу вызова. Но это нужно сделать, иначе Завольский найдет другой способ заставить меня разговаривать, но уже на своей территории, в окружении его верных псов.
— Какие условия? — первое, что слышу в динамике после нескольких гудков. Ни приветствия, ничего.
— Они оформили все необходимые акты, я проверила — все документы заполнены правильно.
— Где они? Ты взяла копии?"
"— Взяла, отвезла в офис юристам. Копытину тоже скинула в отсканированном виде. — С моей стороны это были первичные минимальные действия, которые должна выполнить послушная «шестерка», которой Завольский-старший меня считает.
— Хорошо. — Старый боров берет паузу, что-то противно чавкая как будто нарочно мне на ухо.
Война войной, а набить брюхо — строго по расписанию.
Приходится терпеливо ждать, успокаивая себя тем, что уже сейчас, когда эта ненасытная глотка запихивает в себя очередную порцию деликатесов, он уже начал гнить изнутри. Медленнее, чем мне бы того хотелось (и гарантировало бы безопасность мне и ребенку), но он уже запущен.