Сейчас моя любимая арабика средней прожарки, сильно разбавленная сливками, то что нужно, чтобы помочь сосредоточиться.
То, что Лукашин начнет вставлять палки в колеса, я поняла в ту же секунду, когда он начала навязчиво пихать мне свою помощь. Ожидала на пару недель позже, но это все равно ничего принципиально не меняет. И я могу с ним справиться. Не думала, что скажу это, но тут нужно снова отдать должное Завольскому-старшему: он предусмотрел внутренние документы и подстраховал себя от подобных попыток оттяпать его добро. Мне даже не придется изобретать велосипед.
Но почему бы не воспользоваться случаем и не раздобыть еще один гвоздь в гроб Наратова?
Пока гипнотизирую взглядом телефон, прокручиваю в голове несколько вариантов начала разговора, прикидывая, какой выбрать. Нужно быть немного непринужденной, но убедительной. Чтобы у человека, которому я собираюсь сейчас позвонить, не возникло слишком много подозрений. То, что мой звонок его озадачит — само собой разумеется, но лучше это будет самый минимальный минимум «озадаченности».
— Приемная Николая Александровича Новака, — приветствует меня приятный женский голос.
А я ставлю мысленную галочку в свой длинный список «мести».
Глава пятьдесят третья: Лори
Настоящее
О Новаке я знаю довольно много.
Сначала, когда я пыталась следить за Сергеем и наивно ждала, что однажды он каким-то образом даст понять, что на самом деле всегда любил только меня и на предательство его вынудили какие-то страшные обстоятельства. Илона почтив всегда была рядом с ним, как будто привязанная. Потом, спустя какое-то время, я начала следить уже за ней, в надежде однажды увидеть ее рыдающей и рассказывающей о том, что они с Сергеем порвали. Во всем этом влиятельный политик Новак так или иначе фигурировал — то его доченька выставляла целую кучу хвастливых сторис о том, какая красивая и счастливая у нее жизнь, то наратов хвастался тем, что проводит выходные на даче у «очень крутого политика». Хотя их с Илоной роман был настолько очевиден, что попытки выдать сея за скромного парня, не вызывали ничего, кроме отвращения. Подозреваю, не у меня одной.
Но в конце концов, когда мои раны немного затянулись, а мозги встали на место, я углубилась в изучение биографии самого Новака, потому что на тот момент уже понимала — чтобы достать Сергея, мне так или иначе придется столкнуться с его влиятельным тестем. На заре своей карьеры Новак был простым среднестатистическим чиновником: нигде не отсвечивал, не был замечен ни в каких скандалах, изредка всплывал на каких-то мероприятиях в качестве обязательной программы. В целом, был как все — серой массой, существующей для того, чтобы ни за что получать неплохие деньги.