Володя — обычный мальчик из обычной семьи. Мама приучает его играть на баяне в пионерском лагере, папа любит собирать радиоприемники. Но мир рушится, когда к Володе подходит группа взрослых подлышек, желающих поиграться с ним.
Повседневный мундир, называемы здесь «для службы» представлял собой китель и брюки оливкового цвета, умеренно приталенный, с глухим воротником — стойкой, рукавами с имитацией манжет, портупейным ремнём поверх кителя, на котором висела кобура с пистолетом и форменный, а в случае с Володей — наградной кинжал в ножнах. На груди ордена, причём не миниатюрные копии, а полноразмерные. Всего пришлось приобрести три комплекта, чтобы не перевешивать их с кителя на китель, и ещё пять комплектов миниатюрных копий, которые стыковались между собой, образуя что-то вроде планки.
Пообедать Владимир не успел, и дождавшись, когда состав наберёт скорость пошёл в вагон-ресторан.
Железнодорожная колея была несколько пошире чем в оставленном Владимиром мире. Вместо чуть более полутора метров здесь поезда ходили по колее тысяча восемьсот, что вроде бы небольшая разница, но на ширине вагонов сказывалось весьма конкретно. Лишние тридцать сантиметров в ширине вагона сказывались везде и особенно это касалось проходов внутри вагонов, и длине постелей.
— Товарищ офицер? — Метр почтительно кивнул. — Желаете поужинать?
— Да, как-то не успел пообедать…
— Отлично. — Мэтр расцвёл, словно Владимир сказал ему комплимент. — У нас сегодня замечательная селянка, оленина по-царски, и много других блюд. Прошу простить, но по правилам железной дороги, мы не можем позволить гостям сидеть в одиночестве за столом.
— На ваше усмотрение. — Володя сел за столик и раскрыл меню.
Где-то через полчаса, к нему за столик подселили двух молодых дам или скорее девиц, в деловых костюмах, светло синего цвета, и недешёвых платиновых брошках на лацкане, пиджака, который топорщился от силы, распиравшей его изнутри. Блондинка и рыженькая, одетые с лёгким, но неброским шиком, и явно не выглядевшими работницами с фабрики.
— Дамы. — Владимир, как и положено по этикету встал, приветствуя соседок, и когда они сели, представился первым.
— Катерина Горячева. — Блондинка сухо кивнула и бросила взгляд на подругу, никогда не знакомившуюся в таких ситуациях, но рыжая неожиданно улыбнулась молодому офицеру.
— Вера Славская. Что-то вы молоды больно для есаула. И ордена… она протянула, разглядывая награды.
Не отвечая Владимир вытащил удостоверение офицера и раскрыл его на странице награды.
