Володя — обычный мальчик из обычной семьи. Мама приучает его играть на баяне в пионерском лагере, папа любит собирать радиоприемники. Но мир рушится, когда к Володе подходит группа взрослых подлышек, желающих поиграться с ним.
Собственный телерадиокомбайн, воздушный холодильник, холодильник для напитков и подогрев сидений на случай холодов. Привод крыши и стеклоподъёмников — электрический.
— Беру. — Владимир ещё раз бросил взгляд на «Песчаную бурю» и кивнул.
— Стойка оформления кредита, там. — Девушка показала рукой.
— А просто заплатить нельзя? — Удивился Володя.
— Девять с половиной тысяч?
— Ну, да. — Молодой человек кивнул. — А что есть какие-то запреты?
— О, нет. — С преувеличенной весёлостью сказала дама. — Касса там, и острым ноготком показала в сторону платёжного отдела.
Владимир подошёл к кассе, и присел на стул рядом с человеком, оформлявшим документы. — Я хочу купить Сендсторм — люкс, белого цвета, и с телефоном.
— Девять семьсот, вместе с оформлением в дорожной страже, мгновенно посчитала дама, сидевшая за кассовым аппаратом. — платить наличными?
Владимир вытащил чековую книжку Императорского банка.
— Вот этим.
Странная реакция продавцов была продиктована сложившимся образом покупателя подобных машин.
А тут зашёл совсем молодой парень в костюмчике, приличном, но не более, походил, и выбрал самую дорогую машину из спортивных, что продавалась по цене автомобиля представительского класса. Они ещё позлословили по поводу клиента, что вот, мол, не знает на каком лимузине уехать…
Поскольку установка телефона дело небыстрое, Владимир согласился что машину подгонят к дому, а сам снова поехал в Академию, чтобы взять новую порцию книг.
Несколько следующих дней Владимир, всё свободное время тратил на поездки по городу, знакомясь с этой Москвой. Сверяясь с картой объехал центр и окрестности, заехав даже в владение князей Измайловых, от которых остался небольшой парк, и усадьба. Остальное было подарено городским властям как парковая территория, и благоустроено на княжеские деньги. Титулы уже давно мало что значили, но те, кто таковые имели, с гордостью носили их как знак заслуг предков и родовитости семьи.
