Автор
В глухомани всё было как всегда — солнце светит, пчёлы жужжат, птички чирикают. Но вот вдруг мир резко изменился. Ветер дул сильнее, пошёл дождь так что не видно ни перед собой, ни назад — и всё это за считанные сутки. Этот день стал началом невероятного путешествия в мире стресса, жестокости и малых человеческих искр....
Выбравшись на трассу, Настя растерянно огляделась, не понимая, что происходит. Серая лента дороги словно вымерла. Нигде, насколько хватало глаз, не было видно ни одной машины. Даже привычные большегрузы не рычали мощными моторами, выбрасывая в воздух клубы сизого дыма. Только группы съёжившихся под дождём людей брели по дороге.
Понимая, что ждать можно до бесконечности, Настя поправила сумку на плече и, тяжело вздохнув, зашагала в сторону от города, при этом стараясь держаться подальше от остальных беженцев. Она и сама не знала, куда именно идёт.
Шагая по обочине федеральной трассы, Настя то и дело оборачивалась, надеясь увидеть свет фар догоняющей их машины, но машин так и не было. Это было странно и страшно, но это было. Вскоре, устав нести на себе и ребёнка и сумку, Настя остановилась и, поставив Нюську на асфальт, решительно сказала:
— Значит так, подруга.
— Ага. Только идти мы так долго будем, — кивнула Нюська, хитро прищурившись.
— Почему это? — не поняла Настя.
— А у меня ноги ещё маленькие.
— Ничего, нам спешить некуда, — растерянно усмехнулась Настя, беря её за руку.
Шмыгнув носом, Нюська сжала её ладонь тоненькими пальчиками и, вздохнув, не спеша зашлёпала по лужам. Понимая, что срываться на ребёнке по меньшей мере глупо и дочка ни в чём не виновата, Настя удручённо покачала головой и, подстроившись под шаг дочери, медленно пошла дальше.
— Мам, а мы можем отдохнуть?
— Ты же видишь, здесь даже присесть негде, — буркнула в ответ Настя, понимая, что дочка действительно устала.
— Я устала, — захныкала девочка, повиснув на руке матери.
— Анна, не хнычь. Нам надо идти.
