На далеком острове Андро разворачивается схватка между адептами Нечистого, стремящимися создать здесь свою общину, и молодым священником, посланным помешать их планам. Жестокое противостояние сил Добра и Зла определит судьбу острова и его обитателей в этом эпическом противоборстве.
Тогда островитяне уже не делили свою жизнь на ""до"" и ""после"", поколения сменились. Факельщиков гоняли по длинным тоннелям в недрах Дворцовой горы, на стенах которых еще оставались куски железных проводов в истлевшей обмотке и даже стальные рельсы. Поймав, убивали медленно и со вкусом. Основным оружием тогда служили колья, вот поэтому на Андро и казнят до сих пор сажанием на кол.
Убили всех, у кого на плече была татуировка с картинкой факельщиков. Но не все, видимо, носили ее, потому что организация продолжила жизнь, уйдя в глубокое подполье. Сначала в самом прямом смысле этого слова - опустившись в нижние, опасные тоннели, позже засыпанные одним из королей. Потом, по мере распространения людей из города Бахама по всему острову - скрываясь среди чужаков.
Слухи об их существовании постоянно просачивались наружу, правда перемешалась с ложью. Иногда короли отправляли неугодных на кол, не найдя ничего умнее, как обвинить их в принадлежности к запрещенной секте. Зато однажды в Дивуаре случился самый настоящий дворцовый переворот, и победившие царедворцы, скинув маски, провозгласили почти забытый девиз, ""Да не опустится тьма!"". Созданная ими республика продержалась не меньше месяца, а иначе вести о ней просто не успели бы дойти до тогдашнего короля Бахама, который тут же послал в Дивуар армию. Увы, присоединить к себе соседа не удалось и тогда: собственная армия у них разошлась по домам, и чернь растерзала факельщиков.
Так или иначе, но легенда не умирала. Вполне серьезные люди, анализируя происходившие на острове изменения, часто приходили к выводу, что их направляла некая рука. Почему, например, куда более сильный Бахам так и не смог ни разу надолго завоевать ни одного из своих соседей? В тех случаях, когда бахамская армия все же входила в столицы двух других королевств, на родине тут же начиналось восстание, требующего незамедлительного подавления. По выходе войск побежденный народ неизменно объединялся вокруг какого-нибудь нового героя и затем отражал все нападения. Почему сколько-нибудь серьезный флот всегда был только у Бахама, в котором гавань крайне неудобна для любого морехода, потому что течение, идущее от самой Большой Земли, от устья легендарной Миссы, прижимает к земле все корабли? Именно поэтому, как теперь догадывается Хью, островитяне так и не смогли отказаться от гребных судов.
- Откуда ты все это знаешь? - не выдержала Дженис.
