– Твой характер унаследовала, между прочим.
Принц моргнул, длинно выдохнул, а потом немного смущенно улыбнулся.
– Прости, Вивьен, – потер он переносицу. – Ты права, да, не стоит мыслить стереотипами. Ты имеешь право знать все, раз это касается тебя напрямую.
– Вот и чудно. – Я оглянулась и подтянула к себе стул для посетителей, опустилась на него, чинно сложив руки на коленях. – Тогда я внимательно слушаю, что за хрень тут у вас творится и как в этом замешана королева Сесилия.
Моя тетка, между прочим. Очуметь, конечно… Мужчины переглянулись, и я не удержалась, съехидничала:
– Что, леди не должна так выражаться? Ну простите, господа, леди из меня так себе.
– Отличная леди, между прочим, – обронил Даррен, за что схлопотал сумрачный взгляд Себастьяна.
Ох, ну да, он же мой отец вроде как. Наверное, не слишком приятно, как другой мужчина отзывается о дочери в таком ключе. Ладно, хватит праздных разговоров.
– Возвращаемся к Сесилии, – напомнила я о предмете обсуждения. – Что она задумала?
– Полагаю, после того, как канцлер заявил о том, что ей нужно выбрать жениха и выйти замуж, она запаниковала, что вскроется правда о том, что Сесилия не может иметь детей, – заговорил Себастьян. – Уверен, сестричка пожаловалась графам де Мориньи, и они вместе состряпали план, как получить наследника королевской крови. – Он поморщился. – Скорее всего, Сиси собирается объявить своим женихом именно графа, а ребенка родила бы Ауриния. Она два раза под другой личиной пыталась соблазнить меня, применяя запрещенные приемчики.
– В последний раз вообще использовала магию сирены, – вставил свое слово Даррен. – Я просто не стал говорить. Хорошо на меня эти штучки не действуют.
– А ты тут при чем? – с недоумением нахмурилась я, покосившись на Дара.
– Потому что вместо его высочества с графиней встречался я, – пожал он плечами. – Ауриния плохо знает принца, мы ничем не рисковали. Тем более я умею отлично маскироваться. – Даррен усмехнулся.
А у меня снова болезненно сжалось в груди, и пришлось одернуть себя, чтобы не наговорить опрометчивых слов. Вив, выключаем ревнивую стерву, сейчас не время и не место. Тем более тебе никто ничего не обещал, а долг службы – это серьезно.
– Хорошо, ладно, значит, бдительность Сесилии усыплена, и они считают, что их план удался… – начала было я, но Себастьян не дал договорить.
– Боюсь, все гораздо хуже, – покачал он головой.
