В теплом апрельском утро, где телефонный звонок неожиданно прерывает тихий бардак в домашнем кабинете, начинается новая история. Телевизор на стене тут и там подбрасывает неугомонных воробьев, за окном солнышко дарит первые лучи тепла, а телефон предупреждает о приходе бывшего начальника. В этот миг ты становишься попаданкой в мир делового напряжения и новых испытаний....
- Пойдёмте, госпожа, - Ульяна прихватила с кровати тёплое покрывало и теперь ждала меня.
- Хорошо,- кивнула я.
В дверях остановилась, обернувшись. Взгляд скользнул по комнате, ставшей для меня уже привычной, родной.
Я вернусь, пообещала себе. Закрыла дверь и решительным шагом направилась к башне.
Условившись с Николасом, что когда всё завершиться, он постучится к нам условным стуком, я последней спустилась в подземелье. Каменная плита с лязгом опустилась, закрывая вход.
Изнутри её удерживали два толстых железных засова, недавно смазанных и от того легко входящих в свои пазы.
Женщины кто сидел, кто лежал поверх разложенных прямо на полу матрацов. Масляная лампа слабо мерцала, отбрасывая на стены причудливые тени.
- Госпожа Софи, идите сюда!
Спальное место для меня умудрились устроить чуть в стороне от других. Ульяна и подушку притащила.
Сначала я даже кожей чувствовала царившее тут напряжение, но постепенно оно стало спадать.
Долго прислушивалась к каждому доносящемуся сверху звуку, боясь пропустить условный сигнал, но сама не заметила, как задремала.
Глава 42
Проснувшись, не сразу поняла, где я. Подвешенная на крюк масляная лампа едва чадила. Спёртый воздух давил на грудь.
Приподнявшись на локте, огляделась. Женщины и дети мирно сопели, кто-то тихонько похрапывал.
Сколько же я спала? Время в подземелье текло совсем по-другому, невозможно было угадать, что там, снаружи: ночь или уже утро.
Тут до меня донёсся какой-то приглушённый звук. Да это же выстрел! Я вскочила на ноги и бросилась к люку, протянула руку к засову. Только почувствовав пальцами холодный шершавый металл, я опомнилась.
Нет, нельзя открывать! Будь, я тут одна, даже бы не задумывалась, но сейчас я несу ответственность за всех этих людей.
Вернувшись на матрац, села, подтянув колени к груди и обхватив их руками.
Когда по крышке люка постучали, я даже не сразу поверила, что это не сон. Но стук раздался снова, а потом ещё раз.
Взяв в руки карабин, я на цыпочках подкралась к люку, направив на него оружие.
Снова раздалось нетерпеливое постукивание."
"- Это я, Николас! Открывайте, всё закончилось!
Толстая каменная плита скрадывала все звуки, голос был едва слышен, но я его сразу узнала.
