О чём книга «Соловьи»
Тревожные соловьи преследуют Павла Матвеича в окрестностях Воронежа. В разгар весны странное явление усиливается, вызывая внутреннее смятение у героя. Неизвестная связь между природой и личными переживаниями намечает интригу.

Тревожные соловьи преследуют Павла Матвеича в окрестностях Воронежа. В разгар весны странное явление усиливается, вызывая внутреннее смятение у героя. Неизвестная связь между природой и личными переживаниями намечает интригу.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Соловьи» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Тревожные соловьи преследуют Павла Матвеича в окрестностях Воронежа. В разгар весны странное явление усиливается, вызывая внутреннее смятение у героя. Неизвестная связь между природой и личными переживаниями намечает интригу.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Тревожные соловьи преследуют Павла Матвеича в окрестностях Воронежа. В разгар весны странное явление усиливается, вызывая внутреннее смятение у героя. Неизвестная связь между природой и личными переживаниями намечает интригу.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Он спросил:
— Отвечаешь ли ты за свой подсчет? Ты же сам говорил, что всего года три назад лосей здесь насчитывалось не более полутора тысяч?
— Да то ж егеря считали. А можно верить егерю? — отвечал Варганов. — Любой егерь пару волков, как пару овец на своем дворе, в зиму близ себя оставит. Для чего? Да для заработка. У егеря и волк скотина. Он по весне у этих своих волков только выводок огребет, как ему государство уже премию платит за каждого щенка! Мол, вывел волчье племя. Егерю верить нельзя. Фотоглазу верить можно.
— Раз так, то пусть и будет так, — сказал Павел Матвеич, и через полчаса, созвонившись, они сидели уже в жарком кабинете Кутафьина.
— Елочки-палочки, — восторженно говорил, рассматривая фотографии, Сергей Анастасьич. — Варганыч, друг, так это же богатство!
— Богатство и есть, — отвечал польщенный Гаврил Гаврилыч."
"— И сколько, говоришь, — три тысячи голов?
— Не мене, — отвечал Варганов.
— И каждая животинка не мене весит, чем корова?
— Отбросив молодняк, так сказать можно будет, — отвечал, рдея, Гаврил Гаврилыч.
— И ежели половина на половину взять, то сколько это мяса будет?
— Можно и подсчитать, Сергей Анастасьич, — еще более рдея, отвечал Гаврил Гаврилыч.
— Однако, — заключил, задумавшись, Кутафьин, — государственное — государству принадлежит.
И поднялся Павел Матвеич и сказал:
— У нас все государственное. Даже те коровы, что в стойлах стоят. Народное. По-государственному к этому и подходить надо. Нам нужно насытить мясом областной рынок. Ведь мы свое дело сделали. Мясопоставку выполнили. Вот мы и просим государство распорядиться еще одним нашим богатством — стадом не коров, а лосей. В виду еще и то надо иметь, что эти заготовки мы можем ввести в план, отчего выполнение его увеличится, точнее, мы его намного перевыполним.
На это место своего замечания он особо нажал, зная особенно болезненную страсть Кутафьина к различным перевыполнениям. Кутафьин всегда очень пугался, когда в чем-либо по заготовкам, севу ли, уборке ли получались только круглые все сто процентов. Тогда он с тревогой спрашивал:
— А как же с перевыполнением? Без него нельзя!
Перевыполнять он учился всю жизнь, без этого своей деятельности он себе не мыслил. Павел Матвеич закончил свое замечание так:
— Все это важно. Тем более, что размножившиеся лоси портят лесные посадки, о чем тоже есть сведения.
И он указал на бумагу, взяв ее из очень красивой алой папки Варганова, где хранились бумаги этого содержания.
— Э, была не была! — вскрикнул Кутафьин и сказал: — Готовьте бумагу! С Протасовым согласовано?
— С Протасовым вам согласовывать полагается, — отвечал с достоинством Павел Матвеич.
— Поперед батька́ не лезь, — вставил, краснея, Варганов.