Автор
В комнате царит напряженная атмосфера, как в тет-а-тете с дядюшкой Фредди из анекдотов: зеркало мутное от брызг, ручейки воды посыпаются на пол, и выставлено все как на ладони. Но Настя придумала спасение - просто выключить лампочку в ночниковой, и мама мужа явится без шнуровки, улыбаясь....
– Да, – вздохнула я, – Валентина говорила Мышке о своем негативном отношении к взрослым, но его причину не открыла.
Дегтярев продолжил:
– Лет в тринадцать девочка стала себя отвратительно вести, дралась с детьми, не желала учиться. Ей требовалась помощь психолога, но взрослые лишь наказывали дочь. Бунтовала Валя до двадцати лет, потом ей в голову пришла мысль: ее недовольство собой, ощущение себя уродом появилось потому, что пол ей определили неверно. Как только она станет парнем, жизнь мигом наладится.
– Дай денег на операцию, хочу стать юношей, убрать все женские признаки, пройти гормональную терапию.
Но Игорь Гаврилович пришел в ярость.
– Зевс создал тебя особенной. Ты избрана богом, гордись этим.
– Валентина впала в отчаяние, стала пить, – продолжал Дегтярев, – потом взяла себя в руки и в двадцать три года решила: она станет мужчиной. Валя поступила на журфак, начала работать для разных газет, журналов, у нее появились небольшие деньги, и девушка отправилась на консультацию в клинику, где занимаются сменой пола.
– На всю голову больной папенька сделал обеих дочерей несчастными, – взвилась я, – если Игорь Гаврилович верит в Зевса и его друзей, то при чем тут плащ апостола Петра, святыня для православных и католиков?
– Не знаю, зачем такие люди, как Поповы, рожают детей, – удрученно заметил полковник. – У Вали было тяжелое детство.
– История Валентины про конкурс и поездку в Америку вранье, – наконец-то догадалась я.
