Воровка резко развернулась, в бешенстве выкрикнула:
— Не твое солдафонское дело — принесет мне это радость или нет! Ступай и без Володи не возвращайся! И чтоб никаких больше комментариев, дрянь!
— Слушаюсь, госпожа.
Горелов послушно уронил голову на грудь, по-армейски четко развернулся и шагнул в прихожую.
* * *Днем картежный дом смотрелся не так таинственно и привлекательно, как ночью, хотя перед входом все равно толкался темный народишко, терпеливо ждали клиентов извозчики.
Штабс-капитан подошел ко входу, быстро оглянулся, намереваясь засечь за собой хвост, и увидел таковой. Шпик, следующий за ним на небольшом расстоянии, немедленно отвернулся, завертел тростью и принялся внимательно рассматривать что-то под ногами. Горелов вошел в картежный дом.
Здесь уже было не так многолюдно, как накануне, хотя за отдельными столами сидели картежники, перебирали колоды. Штабс-капитан спешно проследовал в дальний угол зала, увидел скучающего здоровенного парня. Это явно был стремщик.
Горелов подошел к нему.
— Нужно узнать про одного человека.
— А ты что за фраер, чтоб кнацать здесь свой интерес? — набычился парень.
— Нужен Володя Кочубчик.
— Не знаю такого. И вообще, канай отсюда, пока тебе не накидали по самую шапку.
Штабс-капитан оглянулся, увидел вошедшего в зал филера и быстро бросил стремщику:
— Слушай, кнокарь! Кочубчика пасет филер. Видишь, вошел в зал? С тросточкой. Дело серьезное, надо Володьку предупредить. Где он?
Парень тупо и тревожно глянул в сторону господина с тростью, с ног до головы измерил недоверчивым взглядом штабс-капитана.
— А ты, босяк, Володьке кто такой — двоюродный папа или сосед через дорогу?
— Я родич, законник фартовый, блатарь козырный, козлятник кудлатый, пахан бугорный, накипь центровая! — выдал Горелов весь свой блатной запас.
У стремщика полезли глаза на лоб:
— Е-мое… Так бы сразу и сказал.
Он взял штабс-капитана под руку и буквально поволок к одной из закрытых дверей.
Перед дверью остановился, предупредил:
— Он здесь. В бухте.
— Где? — не понял Горелов.
Парень коротко заржал:
— Ну, в гареме. Куш сорвал, теперь гуляет.
— Один там?
Стремщик засмеялся еще громче:
— Не-е… Там компания! — и добавил: — Вообще-то, с Кочубчиком сейчас лучше не беседовать. Враз получишь по котлете.
— Пьяный, что ли?
— Вусмерть. — Вопросительно посмотрел на Горелова. — Войдешь?
— Открывай.
Стремщик толкнул дверь.
Это была довольно большая комната, выкрашенная в темно-красный цвет. Освещение было неярким, за столами сидели пьяные мужчины и молодые девицы, на небольшом помосте терзал скрипку уставший скрипач Беня Меерзон.