— Не касайтесь меня! Идите сами в этот таджмахал, а я желаю мягких подушек, широких постелей и шелковых простыней!
Сонька не отпускала его:
— Завтра переедем в другое место.
— Не касайтесь меня, повторяю! — Он оттолкнул ее. — Не тащите меня в этот вшивый мензель!
— Тебя, портяночник, не греет моя хаза? — послышался скрипучий голос старухи.
Володька удивленно повернулся к ней:
— Это кто здесь голосом каркает?
— Это я голосом каркаю, — старуха вышла на середину комнаты. — Манька Портовая голосит. Слыхал про такую?
— Ты… Портовая Манька? — нервно сглотнул Кочубчик. — Еще живая?
— Живая и тебя переживу, мазурик. — Манька Портовая проковыляла на середину комнаты, подняла крючковатый палец. — Каждая женщина требует уважения, а тем более такая, как эта дамочка! Отпусти его, Соня. — И вдруг фальцетом выкрикнула: — Скачи отседова, штуцер фуфлогонный!
Володя, все еще не в состоянии поверить собственным ушам и глазам, направился было к двери, но Сонька вцепилась в его руку.
— Надо поговорить.
Тот секунду помедлил и с гордо поднятой головой двинулся в сторону «спальни». Сонька пошла следом.
В крохотной комнатке стояла железная кровать, на стенах висели разного рода коврики и выцветшие картинки. Володя сел на постель, вопросительно посмотрел на стоявшую перед ним девушку.
— Ну?..
Она присела рядом, попыталась обнять его. Он сбросил ее руку. Сонька взяла его за голову, насильно притянула к себе, поцеловала в губы грубо и сильно. Кочубчик на какое-то время поддался страсти, затем все-таки отстранил воровку от себя.
— Говори, я слухаю.
— Я тебе не люба? — тихо спросила Сонька, глядя ему в глаза.
— Я не в том настроении, чтобы касаться этой темы.
Она провела рукой по его плечам, по лицу, по губам:
— Хочешь, я раздену тебя?
Он опять освободился от ее руки.
— Я сейчас уйду.
— Куда?
— К корешам.
— Возьми меня с собой.
От такого заявления Володя удивленно откинулся назад:
— Чего ты приклеилась ко мне? Ты мне кто? Сестра, жена… мать? Кто ты?
Она помолчала, негромко произнесла:
— И правда… Кто я тебе?
Володя пожал плечами:
— Сам путаюсь. На сестру не похожа. На жену тоже. На мамку?.. — он хохотнул. — Об этом можно подумать! Хотя я и без того называю тебя мамкой, — он рассмеялся. — Не могу я таскать тебя за собой, мама! Мои кореша — народ смешливый.
Сонька не сводила с него тяжелеющего взгляда.
— Стесняешься?
Кочубчик взял ее за руку, усадил рядом.
— У меня сделается припадок от твоих слов. Давай, мама, по порядку. Первое — мужчинам нужно будет объяснять, кто ты есть. А как объяснишь, тут мне и каюк. Потому что про тебя уже шумит вся Одесса: Сонька Золотая Ручка в городе! За тобой, мама, полиция бегает. А как догонит, и меня заодно загребет. А мне оно надо?
— Меня это не пугает, Володя.
— А меня путает.