Народу сюда было согнано предостаточно, грохот от молотков, топоров, пил стоял знатный, и найти здесь самого хозяина было делом сложным.
Сонька сидела в бричке, накрытой легким брезентовым верхом, ждала, когда вернется извозчик. Наконец он появился — шел, чему-то улыбаясь.
— Заполошный он какой-то. Все допытывался, кто к нему приехал. Как бы чего-то боится.
— Может, и боится.
— Интересовался, мужик или баба. Говорю, госпожа, притом ягодка! — Извозчик оглянулся, увидел направляющегося к ним Кочубчика и шепотом сообщил: — Идет… Мне исчезнуть?
— Недалеко.
Сонька отклонилась на спинку сиденья и ждала появления Володи. Он вначале заглянул под накидку, затем резко отбросил ее. От неожиданности остолбенел.
— Сонька?
За время, пока Сонька не видела Володьку, он потучнел, стал солиднее, неторопливее. В нем проявился хозяин. Он в полном недоумении смотрел на нежданную гостью.
— Ты откуда взялась?
Извозчик с интересом повернул к ним голову. Она счастливо улыбалась.
— Здравствуй, Володя.
— Чего явилась?
— Тебе здесь рассказать или, может, пригласишь в дом? — с улыбкой спросила воровка.
— Здесь! Говори, зачем приехала?
Сонька потянулась к нему, но он резко отбросил ее руку.
— Катись отседова!
Лицо женщины стало злым:
— Пригласи в дом, там поговорим.
— О чем?
— Услышишь. Пригласи в дом!
— Дом еще не достроен!
— Пригласи в недостроенный. — Сонька не сводила с него остервенелого взгляда. — Я тащилась сюда за тысячи верст не для того, чтобы получить пинка под зад!
Кочубчик беспомощно огляделся, увидел насмешливо-испуганное лицо извозчика и нехотя протянул воровке руку.
— Вылезай.
Она вышла из повозки, насильно взяла Володю под локоть и повела в сторону строящихся хором.
* * *"
"Кочубчик остановился посередине комнаты, в упор смотрел на гостью. Стены комнаты были уже отделаны, оконные рамы со стеклами придавали ей довольно жилой вид, а завезенная мебель позволяла здесь спать и обедать.
— Ну, говори!
Она огляделась, полуутвердительно заметила:
— Один живешь…
— Пока один. Что еще?
— Говорят, из города возишь девок?
— Обо мне многое говорят.
— Может, покормишь?
— Не до того. Рабочие ждут.
Сонька подошла к нему поближе, улыбнулась, снова попыталась обнять, и снова Кочубчик оттолкнул ее.
— Не надо этого! — Раздраженно поинтересовался: — Зачем явилась? Я тебя звал?
— Сама приехала. — Сонька по-прежнему нежно смотрела на него. — Я, Володя, беглая.
— Догадался. И на что, интересно, надеешься?
— На тебя.
Вор хохотнул, мотнул головой:
— Один раз ты уже понадеялась.