Пан стянул с себя всю одежду, оставшись лишь в панталонах, после чего принялся с трудом снимать с рук украшения. Сонька помогала.
— Все снимем, все! Чтоб вода не смыла.
Тобольский зачем-то глубоко вздохнул и решительно направился к реке.
— Пан Тобольский, не утоните! — крикнула вдогонку Сонька.
— Выплыву! В жизни не такое случалось!
Он бултыхнулся в речку, течение оказалось довольно сильным, и пловца понесло вниз, в темноту.
— Вы куда, пан Тобольский? — закричала со смехом девушка.
— Течение… Очень сильное течение!
Она быстро схватила одежду Тобольского, выдернула из кармана часы на золотой цепи, сгребла перстни и кольца, после чего швырнула брюки, сюртук и сорочку в воду.
— Пан, держите! Оденьтесь, когда выплывете!
— Вы что? — заорал тот. — Там же кольца, часы! Все утонет!
— Пан достанет! Нырнет и достанет! — ответила девушка и с добычей в подоле побежала в сторону светящихся окон дома приемов.
* * *День выдался довольно жарким. Сонька и Фейга прогуливались под летним зонтом по главной улице городка и весело переговаривались. Фейга была одета в облегающее платье, Сонька же наоборот — в широченную юбку с массой оборок.
— Это ты столкнула пана Тобольского в речку? — смеялась Фейга.
— Сам прыгнул. Оказался настоящим паном.
— От любви прыгнул-то?
— Еще какой любви! Говорил, всю жизнь будет преследовать меня. — Сонька улыбалась, с интересом изучая всякого рода лавки. — Он хоть живой?
— Чуть не утонул. Выловили. Говорят, в одном исподнем был.
— Я бросила ему одежду, видно, не поймал.
Фейга остановилась:
— И что, никакого улова?
Сестра молча открыла сумочку, показала часы и кольца пана Тобольского.
— Давай сюда, — велела Фейга.
— С чего это вдруг? — удивилась Сонька.
— А кто тебя с ним свел?
Младшая сестра достала два кольца и два перстня, отдала Фейге.
— Пополам.
— А часы?
— Часы я верну. Чтоб пан ничего дурного не подумал.
— Умница, правильное решение, — одобрила старшая сестра. — Репутация семьи должна быть чистой.
Они двинулись дальше. Когда поравнялись с одной довольно большой ювелирной лавкой, Сонька направилась туда.
— Хочу оставить память о себе.
— Память? — не поняла Фейга.
— Прихвачу какое-нибудь колечко, а они пусть потом мучаются, как мне это удалось.
— Как это — прихватишь? — не поняла сестра.
— Пальчиками! Вот этими, золотыми. Попробуем?
— А если не получится?
— Получится. Могу заключить пари.
— Ну, давай посмотрим. Если проиграешь, часы Тобольского тоже отдашь мне.
* * *"
"В полуденную жару лавка пустовала. При появлении молодых женщин хозяин, он же продавец, поднялся со стула, вежливо поклонился:
— Добро пожаловать, пани.
Сестры подошли к прилавку, стали изучать украшения.
— Что-нибудь показать? — поинтересовался хозяин.