Возьмет он Францию так же легко, как Польшу, или завязнет? Судя по сводкам Ивана, французкая армия не в лучшей форме. Старые маршалы воевать будут, как в Первую мировую. Иначе просто не умеют. Англичане, конечно, помогут, это уже не Польша, но все-таки еще и не Британия… А здорово было бы вдарить по фюреру с тыла, когда он атакует Францию! Для маскировки можно предварительно принять приглашение Риббентропа».
Илья усмехнулся. Идеальный Сталин обводит Гитлера вокруг пальца, в самый подходящий момент неожиданно наносит удар в спину, ставит точку в мировой войне, спасает миллионы жизней, сотни европейских городов и деревень от разрушений. Лучший способ избавиться от страха перед Гитлером и предотвратить нападение на СССР – напасть самому, с тыла, когда фюрер будет бить французов. Вот тут как раз общая граница оказалась бы очень кстати. Идеальный Сталин имеет сильную армию. Она продемонстрировала всему миру свою мощь, за пару недель захватила Финляндию, дошла до шведской границы и устроила торжественный парад в Хельсинки ко дню рождения Идеального Сталина, причем победила не только финскую армию, но и английскую, французскую, немецкую. Нет, Идеальный Сталин не будет наносить Гитлеру удар в спину потому, что он и так уже всех победил.
– Кажется, я заразился от Риббентропа романтической мечтательностью, – беззвучно пробормотал Илья.
Дойдя до последних страниц, Илья вздрогнул.
Илья сжал пальцами виски. «Значит, вот почему ты молчал так долго. Решился на таран, созрел, отправил послание Идеальному Сталину. Что же не предупредил? Боялся, стану отговаривать? А зачем здесь упомянул Брахта вместе с фон Лауэ? Понятно, информацию от них ты получил вовсе не из анализа научных публикаций. Неужели послал конкретный запрос своему берлинскому источнику? Нет, вряд ли. Предпоследний абзац ты вписал специально для меня. Считаешь, дела твои так плохи, что я не рискну с тобой встречаться?»
Илья пробежал глазами приложенное к проскуровскому тарану письмо академиков Вернадского, Хлопина и Ферсмана.
Материалы Разведупра обычно печатались в четырех экземплярах. Первые ложились на стол к Хозяину. Читал ли он их сразу, целиком, или выборочно, Илья не знал. Копии получали нарком обороны Тимошенко (слава богу, уже не Ворошилов) и Особый сектор. Илья вносил в свои сводки то, что касалось Германии и заслуживало хозяйского внимания.
Прежде чем протянуть руку к телефонному аппарату, он постоял у открытого окна, выкурил папиросу.
Проскуров сразу взял трубку. Голос звучал глухо, хрипло. Илья проглотил ком в горле и произнес спокойным будничным тоном:
– Добрый день, Иван Иосифович. Тут у меня к вам несколько вопросов по сводке. Часам к десяти могу подойти на Знаменку.