Автор
В глубоких тенихах старого городка ждала своего часа сильная и решительная фигура Фэллон. Каждое слово ее загадочного сообщения казалось острейшим ножом, проникающим прямо в сердце противника. Здесь каждый шаг был как шахматный ход — маневр для обмана и победы.
– Так почему бы мне не закатить сцену? На самом деле это только начало. Может, я и проиграю суд, но не откажу себе в удовольствии втоптать в грязь твою подстилку. Я еще даже не начинала.
В этот момент зазвонили одновременно два телефона, отвлекая на себя всеобщее внимание. Никто не понял, чьи именно, поэтому все потянулись к своим мобильникам. В этот момент раздалось сразу еще несколько сигналов, и мы поняли, что сообщение получили все.
Тэйт простонала:
– Это не предвещает ничего хорошего.
Мне стало интересно, в чем же дело.
Джейсон поднял бровь, глядя на маму, но прервал ссору, чтобы проверить телефон.
– О боже, – выдохнул Мэдок, глядя на экран мобильного. – Это что, Джекс?
Он смутился, и я поспешила тоже проверить сообщения, от которых у меня глаза на лоб полезли.
Папа наклонился, чтобы посмотреть, и я в ужасе прижала к груди телефон. Подняв глаза, я обнаружила, что все замерли, глядя в экраны. И у каждого на лице отразились разные эмоции.
У Джареда – гнев. У Тэйт – отвращение. У Кэтрин – боль.
– Фэллон, – выдохнул он. – Это что, Джекс с твоей мамой?
Я медленно оторвала телефон от груди и снова взглянула на экран. Ошибки быть не могло. Джекс сидит на кровати. С волосами, собранными в хвост на спине. А мать сидит на нем.
Тут видео обрывалось и продолжалось с того момента, когда она с него слезает и отправляется в ванную. А он, обернув вокруг груди белую простыню, подходит к камере.
За столом все затаили дыхание.
– Привет, – улыбаясь во весь рот, говорит Джекс. – Я – Джексон Трент. И мне семнадцать лет.
На этом все заканчивается. Экран стал черным, а сердца сидевших за столом колотились, наверно, так же быстро, как мое.
Все перевели взгляд на мою мать, которая по-прежнему пялилась в экран телефона в дрожащей руке.
– Всем привет.
Все подскочили от неожиданности. Джекс подошел к столу и выдвинул свой стул.
Он был одет так же, как Джаред, только без галстука. Его волосы, как обычно, были собраны в хвост, только над ушами красовалось по три ровных параллельных косы.
– Что это такое? – взвыла моя мать.
Она выглядела так, будто вот-вот разрыдается или упадет без чувств.
– Присядь, – скомандовал Джаред, взявшись за спинку стула. – Сейчас же.
Ее глаза расширились. Повисла такая тишина, что я слышала каждый вздох. Она что, подумывает сбежать?
Джекс достал телефон.
– Я могу одним нажатием кнопки разослать это видео всем, кто сейчас находится в этом зале.
