Как только «Хаябуса» вошел в Талиенваньский залив, адмирал разглядел на берегу окопы-капониры, а в них сухопутные мониторы, пять дней назад потопившие «Акицусиму» и сильно повредившие «Суму». Миноносец и вовсе был этим чудовищам на одно-два попадания. Но по белому флагу демонические порождения не стреляли, что означало, что командующему ими демону ведомы правила ведения цивилизованной войны.
Во-вторых – японскому адмиралу и его сопровождающим позволили сойти на берег. А там все вперемешку: как русские солдаты и матросы, устанавливающие пушки Канэ на позициях береговых батарей, так и люди в незнакомой адмиралу буро-коричневой форме, лишь отдаленно напоминающей обмундирование русских солдат. При этом умы и тех и других почти в равной степени были оседланы демоном, который говорил этим людям, где им сражаться и во имя чего умирать. Такие вещи адмирал, сам являющийся флотоводцем, умеющим увлечь за собой людей на смертельный бой, чувствовал четко. И хоть самого демона, как двое суток назад (тогда ощущение его присутствия у адмирала было также весьма отчетливым), поблизости не имелось, но опосредованно его влияние было разлито повсюду.
В-третьих – адмирала удивили высокие, плечистые воины, которых по некоторым повадкам можно было бы счесть самураями, если бы они не оказались… женщинами. Женщина-самурай – от такой мысли любой японец сойдет с ума и полезет на стену. И ведь именно эти грозные воительницы, считающие себя неотъемлемой частью сущности демона, оказались связаны с ним сильнее всех прочих. При этом они были воинственны, непреклонны и очень горды, и свои длинные мечи носили заброшенными за спину вместе с винтовками, а не на поясе, как положено по европейской традиции. И еще адмирал чувствовал, что в этом войске самураями были все, а не только офицеры, ибо отсутствие классовых барьеров бросалось в глаза. И в этом тоже была нечеловеческая сущность демона, ибо кому еще придет в голову устраивать свое войско таким странным образом.
И вот – свершилось. Не стесняясь никого и ничего, демон появился из дыры в пространстве прямо напротив адмирала, а следом за ним пришли еще двое русских офицеров. Один, в морском мундире и погонами капитана первого ранга, был той же породы, что и сам Того, только на одно поколение моложе, но в его глазах уже горел такой же огонь, как и у солдат в буро-зеленой форме – и японский главнокомандующий объединенным флотом понял, что это его главный оппонент в грядущих битвах.
