Российское общество самого начала двадцатого века было насквозь поражено смесью псевдорелигиозного мистицизма, оккультизма и спиритуализма, и царская семья тоже не избежала этого влияния. Пораженные этим поветрием черногорские принцессы, дочери владыки Николы Негоша Анастасия Николаевна, она же Стана (замужем за 6-м герцогом Лейхтенбергским), и Милица Николаевна (замужем за Великим князем Петром Николаевичем), являлись сердечными подружками царицы и капали, капали, капали на мозги царской чете разного рода «старцами», «целителями» и прочими шарлатанами. Поэтому Николаю было проще поверить в колдуна и авантюриста, чем в самовластного князя, вооруженной рукой вершащего Божий промысел.
При этом Великий князь Владимир Александрович также имел в Артуре свои источники информации. Все офицеры, когда-либо прежде служившие в Гвардии (как тот же князь Гантимуров) в надежде на протекцию регулярно отчитывались перед своим бывшим шефом о происходящих в Порт-Артуре событиях. Поскольку туда до начала осады не успели попасть те гвардейские офицеры, которые, испросив в своих полках отпуск, пошли на войну добровольцами, то и качество информаторов «дяди Владимира» оставляло желать лучшего. В основном это были изгнанные из гвардии за разные неблаговидные проступки или оформившие перевод с повышением из-за ограниченности своих финансовых возможностей. Быть гвардейским офицером в начале двадцатого века стоило дорого, и с каждым новым чином ставки только росли. И вот эти люди наперегонки бросились на телеграф – стучать и выслуживаться в прямом и переносном смысле.
И если Кондратенко посылал свои сообщения в зашифрованном виде, то эти барабанили на весь свет открытым текстом: мол, так называемый князь Серегин – это колдун, авантюрист, мошенник и шарлатан, у которого денег куры не клюют. Дурит народ дешевыми фокусами, а его армия – это сброд, набранный по глухим американским закоулкам…». И эти телеграммочки Великий князь Владимир Александрович стал выкладывать перед племянником, подкрепляя его сомнения в честности намерений новоявленного союзника. Победа над японцами – это, конечно, хорошо, но вот Артанский князь там совершенно лишний. Да и князь ли он вообще? Больше смахивает на нового Емельку Пугачева в одном флаконе с графом Калиостро. Тайно схватить, привезти в Санкт-Петербург и пытать! Ведь есть же в Порт-Артуре офицеры, до конца преданные Вашему Императорскому Величеству.
