Автор
Девушка вынуждена согласиться на сделку с циничным мужчиной, чтобы рассчитаться с долгом. Месяц подчинения, страсти и опасной близости ждет её впереди. Сможет ли она устоять перед его чарами или сдастся желанию?
Скорее, они бы за меня взялись, начали спешно сватать, чтобы младший брат не остепенился раньше старшего!
– Старший, скажешь мне.
– Старший. И я прав. Причина не в наших родныз, тебе стыдно должно быть. Ты прикрываешься ими, зная, что они не стали бы строить козней, а порадовались за тебя от всего сердца.
– И для чего эта тирада?
– Ты запутался, брат. Запутался за шаг до финиша. Это обескураживает даже при взгляде со стороны.
Телефон тренькнул сообщением. Глупое сердце задергалось, словно все струны задели, когда я увидел, что сообщение было от Мии. Отвернувшись в сторону от брата, я открыл чат. Там было фото Мии и бабушки ее мужа. На шее Мии был завязан шарфик шафранового цвета.
«Бабушка связала мне шарфик. За ней хорошо ухаживают, она завела себе подруг»
Я почувствовал в этих словах громадное облегчении Мии. Все-таки она сомневалась, переживала за состояние бабушки. В груди заныло: до чего же она хорошая, за чужой бабушкой присматривала, тянула до последнего. За чужой? Нет же… За бабушкой мужа. Кто знает, вдруг в сердце Мии еще чувства к мужу остались?
На экране появился знак: «собеседник набирает сообщение».
Этот значок висел долго-долго, как будто Мия набирала и стирала, набирала и стирала, снова пыталась написать что-то.
В итоге мне пришло короткое сообщение:
«Желаю удачного перелета»
И следом еще одно:
«Напиши, когда приземлишься. Пожалуйста»
Внезапно черт меня дернул написать ей:
«А ты бы полетела со мной?»
Ответ пришел незамедлительно:
«Нет»
Я едва не рухнул в бездну, испытав стылое ощущение, как будто пропало все кругом: автомобиль, дорога, плечо брата рядом. Все растворилось, даже эмоций не осталось. Возникло чувство бесконечного падения и уверенности, что так будет длиться целую вечность.
Еще через секунду чат обновился:
«Извини, я не летаю самолетами. Наверное, никогда не увижу тропические страны, хех. Мне пора бежать. Напиши, как прилетишь!»
* * *Мия
В какой-то момент отчаяния я решила, что будет проще прервать связь с Якубом. Мы наговорили друг другу много дурного, я была расстроена, не могла найти себе места, проплакала целую ночь и с большим трудом уснула под утро. Не помню, какой именно был сон, но точно знаю, что он был дурным, затяжным и там было много-много крови.
Я проснулась в холодном поту. После несчастного случая с родителями я панически боялась самолетов и безумно сильно переживала за Якуба. Что, если сон был вещим?
Дурное предчувствие не отпускало меня.
