Автор
Я потерянно стояла в людном лифте, где люди одеваются как будто выходят на показ моды, и мои любимые элегантные черные трусы скользнули из-под резинки. Лифт стремительно поднимался к нужному этажу, и я ощущала непреодолимое желание выйти и исчезнуть, не стыдясь своих неудачных секс用品。...
Я указал, что ты хочешь вернуть себе девичью фамилию! Верно же?
– Да-да! Все верно! Верное…
Мои пальцы тряслись немного, когда я решила подписать бумаги на развод, тело начало бить крупной судорогой. Я не могла поверить своему счастью. Якуб обнял меня сзади, обвил одной рукой за талию и накрыл мою руку своей ладонью.
– Давай вместе. Расписывайся! – подсказал он, поцеловав меня в затылок. – Я тебя в этом решении поддерживаю. Так будет правильно...
У меня словно появилось второе дыхание, подпись вышла как никогда твердой и четкой.
– Теперь ты снова Мия Манцевич. Но не думай, что это надолго, – добавил Якуб. – Всю душу мне вымотала! Сердце измочалила… За такой серьезный моральный ущерб ты просто обязана стать моей. По всем пунктам, законам и правилам.
– Ты… Делаешь мне предложение?
– Я не предлагаю тебе выйти за меня замуж. Я ставлю тебя перед фактом: ты выйдешь за меня. Все. Ничего слышать не желаю! – заявил мужчина, подняв подбородок.
– Совсем-совсем ничего? Даже мое счастливое «да»?
– Да?
– Да! – выпалила громко-громко, даже в ушах зазвенело.
– Вопишь, как сирена! Наверное, в каждом уголке страны твое «да» услышали! – он привлек меня в свои объятия – такие горячие, уютные, родные.
– А ты… Ты его услышал? Услышал по-настоящему? Понял, что я не вру и не юлю, я по-настоящему хочу быть с тобой.
– Понял.
Я опустила голову на плечо Якуб, продолжая быть прижатой к его мощной груди, в которой частым стуком грохотало сердце.
– Я давно это понял, но потом решил, что ошибся и принял свои желания за истину. Ты здорово запутала меня в тот день, когда сначала просила меня наградить тебя множеством детишек, а потом… отказала, чтобы я в тебя кончал, в ротик взяла, зараза такая и… целоваться после этого полезла.
– Я просила тебя о детишках? Черт…"
"– Напилась, пьянчужка моя, все свои желания высказала! Но потом…
– Но я этого не помню, я только запомнила, как ты презервативы мне показал, и подумала, что ты сам больше ничего не хочешь.
– Подумала она. Спросить не судьба?!
– А ты! Почему не спросил?
– Вот еще, я мужик! Мужики не загоняются о таких мелочах. Ты просто моей быть должна, принимать в себя все: мои желания, мои подарки, мое семя…
Якуб спустил меня немного ниже, дав почувствовать свою эрекцию, и снова поднял плавным движением.
– В тебя кончать хочу… Много. Я уже всю нашу ватагу мысленно в голове расписал, а ты мне в этом отказала, сосать опустилась.
