Автор
Я потерянно стояла в людном лифте, где люди одеваются как будто выходят на показ моды, и мои любимые элегантные черные трусы скользнули из-под резинки. Лифт стремительно поднимался к нужному этажу, и я ощущала непреодолимое желание выйти и исчезнуть, не стыдясь своих неудачных секс用品。...
Но на твое счастье, приглянулась ты моему корешу… Кстати говоря, он считает, что и ты встрече будешь несказанно рада. Сказал, чтобы с головы твоей ни одного волоска не упало. Поэтому… хоть я тебе и не рад, но дружить со мной ты будешь обязана. Сиди тихо и не рыпайся. Дружба дружбой, но от несчастных случаев никто не застрахован. Например, машина резко затормозит, а ты случайно раз двадцать о приборную панель можешь удариться.
– Я молчу, – проглотила ком страха.
Так… Меня не убьют, не сдадут в бордель. Везут в качестве подарка приятелю Мясникова.
Меня насторожили слова, мол, я тоже буду несказанно рада встрече!
Ничего подобного.
Я с криминальными элементами дружбу никогда не водила. Поэтому понятия не имела, о чем говорил коллектор, ждала своей участи с замиранием сердца и пыталась запомнить дорогу.
Дама сердца Мясникова оказалась тощей, как доска, в противовес жирдяю и очень вредной, со склочным характером.
– Я ради тебя салон открыла в нерабочее время! Поживее… – зыркнула на меня недобро и хищно начала набивать тональник на руку.
– Пись, золотая моя… Не дуйся. Дело срочное, потом твой Пельмешек загладит свою вину! – засюсюкал жирный коллектор и попытался приобнять свою даму, но она в ответ стукнула его по руке расческой.
– Руки!
– Держу при себе! – поднял пухлые ладони Мясников, сел в угол и молча наблюдал за работой своей дамы. – Одежда готова?
Пришлось повиноваться и сесть в кресло, под хищные, но довольно умелые руки визажистки. Она быстро подкрасила мне лицо и принялась завивать волосы плойкой, обильно сбрызнув лаком.
– Не мешай мне работать!
Дама воинственно взмахнула плойкой, быстро соорудила на моей голове прическу Мальвина, закрепила локоны заколками с крупными цветами.
– Переодевайся! – швырнула в меня белый сарафан с крупными маками и кинула под ноги бежевые босоножки.
Теперь я выглядела, как девочка-подросток, отчего в груди еще сильнее похолодело: не хватало мне еще попасться в руки какого-нибудь садиста-извращенца!
Мясников пошушукался со своей зазнобой, посмотрел на меня, потом на фото в телефоне.
– Ну как?"
"– Один-в-один, Пись. Ты моя волшебница…
Мясников все же умудрился шлепнуть толстыми губами даму в скулу и поторопил меня:
– Ну, чего стоишь! Шевелись давай… Кавалер уже ждет! Догадалась, кто?
– Нет, – сглотнула ком отвращения и страха.
– Топай через дорогу. В ресторан «Виват». Для тебя, между прочим, сняли целый зал.
Я шла ни живая, ни мертвая. Ноги плохо слушались, каблуки цеплялись за асфальт.
