Автор
В кабинете установилась напряженная тишина, словно стены окаменели. Под ложечкой ощущается неприятное дрожание, будто сам воздух сжимает. Но время куда быстрее летит: одиннадцать лет — и это уже давно. Взгляды пересекаются, и в глазах партнера читается решительность, заставляющая задуматься о возможных последствиях....
Анжелика выглядит потерянной. Боже, заклинаю, помоги. Я целую крестик и говорю решительно:
— Действуем по плану. Звони пацанам.
Анжелика
Я закрываю лицо руками и мотаю головой. Они продолжают орать друг на друга. Это невыносимо! И конца этому нет! Мне что-то вкололи в больнице, и теперь я ужасно хочу спать. А они орут мне под ухо просто.
Мы с доверенным Сергея Владимировича ехали домой. Я не хотела, видит бог, уезжать от Вовы, готова была жить у отделения реанимации. Но, когда бахнулась в обморок, Сергей Владимирович велел помыться, поесть и поспать.
При одной мысли о муже мои пальцы начинают дрожать, а сердце болеть. Мой сильный, умный, мой хороший, ты справишься. Ты обязательно выздоровеешь.
Мы стоим посреди дороги, потому что попали в ДТП. Все друг на друга кричат, автомобили сигналят. Никто не пострадал серьезно, но мы перегородили одну из важных улиц, из-за нас образовалась огромная пробка. А у меня адски болит голова. Я умылась, но по-прежнему в крови Вовы. Я перепачкала руки, лицо. Я будто пропиталась ею насквозь.
— Хватит! — кричу я истошно. — Я еду домой сама!
Дальше провал. Я осознаю себя на заднем сиденье такси. Полицейский, доверенный Сергея Владимировича, говорит водителю:
— Довезешь в целости и сохранности! Номер твой я записал. Если что случится с девушкой — порешу. Понял?
— Д-да, не бесп-покойтесь! — отвечает напуганный водитель. Очень приличный на вид мужчина.
Машина трогается. Я называю адрес свекров и закрываю глаза. Мне надо помыться и переодеться. Срочно. Иначе я сойду с ума.
В салоне пахнет кожей, прохладно. Я смотрю в одну точку и беззвучно плачу. Его оперировали шесть часов, сейчас он в реанимации.
Я рассказала свекру всё. Вообще всё, что только знала. И про отца, и про Никиту Юрьевича, и про магазин бытовой техники. И про помощника следователя Соколова. И о Свете-Янии. И о прочих делах, что Владимир вел. Я знаю-то не так много. Разве что обрывками. Но вдруг важно?
Мне, разумеется, ничего не пояснили. Сергей Владимирович слушал и кивал.
Я открываю глаза и смотрю за окно.
— Мы не туда приехали, — говорю я. — Извините, пожалуйста, но кажется, я ошиблась. Давайте поменяем маршрут. — Я называю новый адрес.
— Конечно, — кивает водитель, — сейчас развернусь.
Но ехать продолжает к дому.
— Вы пропустили поворот. Нам нужно было налево.
