Автор
В кабинете установилась напряженная тишина, словно стены окаменели. Под ложечкой ощущается неприятное дрожание, будто сам воздух сжимает. Но время куда быстрее летит: одиннадцать лет — и это уже давно. Взгляды пересекаются, и в глазах партнера читается решительность, заставляющая задуматься о возможных последствиях....
А я что могу? Меня на пенсию отправляют. Лика у них. Они мне так мстят за беспомощность.
— Мы проверили всю недвижимость Агапова и Салтыкова, их родственников. Но нельзя же вслепую двигаться! Где они могут ее прятать? Ну где?!
— Где угодно! Я просто хотел ее защитить. Но у меня не получилось. И у тебя тоже. Уже поздно. Они поняли, что я ничем помочь не смогу.
— Я смогу.
— Уже никто не сможет.
Сука.
Он просто не в адеквате.
Впервые со дня покушения меня накрывает истерика. Я крушу мебель в доме Гловача. Меня трясет.
Блть, ну что мне делать? Как я понял, Салтыков и Агапов организовали тут масштабную ОПГ. И власти долго закрывали на это всё глаза, но в последнее время бандиты охренели настолько, что слухи дошли до Москвы. Отдали приказ прихлопнуть.
Их непременно возьмут и посадят. Но Анжелику нужно вытащить оттуда ДО. Пока у них еще есть надежда выбраться.
Мне нужно оружие.
Вокруг пивовара охраны толпа, надо подумать, как это решить. О последствиях после подумаю.
Телефон звонит, я хватаю трубку. Только бы не отец с новостями. Свалка огромная. Умоляю, только не отец с новой находкой! Пусть у меня будет надежда!
Номер незнакомый.
— Да? — спрашиваю.
— Вова, это я, — говорит Яния. Узнаю ее мгновенно. — Я знаю, чем ты занимаешься в Республике. Возможно, я могу помочь тебе. Мы можем увидеться?
— Говори куда, я приеду.
Мы с Янией встречаемся за городом на смотровой. Часто сюда ездили раньше. Я ведь не водил ее по ресторанам, барам и кино. Мы покупали еду и ехали любоваться на огни.
Хлопает дверь, Яния садится рядом. Взятую напрокат машину заполняет аромат ее духов.
— О боже, милый. На кого ты похож! — пугается она, закрывая ладонью рот. Ее натурально начинает трясти, и я опускаю глаза. — В тебя стреляли, я так переживала! Но дело ведь… не только в этом, правда?
Я смотрю перед собой. Она плачет. Беззвучно. Она раньше очень редко плакала.
— Яния, прости меня, — говорю я. Бросаю на нее взгляд: по ее лицу текут слезы. — Я поступил с тобой жестоко.
— Вова, — она качает головой. — Всё нормально. Они не поверили, что тебе на меня плевать. Никто за мной не приехал. Я ждала, боялась, но никто не приехал и не приедет.
