Автор
В собеседовании уже нелегко быть собой, но это еще не самое ужасное, чем подвергся ты в жизни. Ты заходишь в кабинет нового работодателя, и тут же ощущаешь холодный щупальце смерти — мужчина поставил ногу на стол. Внутренний шок рушит все стереотипы, когда понимаешь, что это не просто собеседование, а предчувствие страшной работы.
— Даня говорил о вас, но не озвучивал как вас зовут. Как к вам обращаться?
— А как он меня называл, когда рассказывал обо мне?
— Сущий дьявол, — выдает Снежана, ни на секунды не задумываясь. Вот же стерва. Смешно, но, кажется, именно это придает уверенности в том, что происходящее смахивает на правду. Бабушка переводит на меня взгляд, несколько секунд смотрит не отрываясь, и нехотя произносит:
— Можно просто Евгения. Без отчества."
"— Ну, раз мы уже прошли неприятное знакомство, в смысле приятное, накрывайте, что ли, девочки, поляну для именинника. Только сметанки, — вновь сжимаю ягодицы Снежаны. — Сметанки не забудь. И побольше, — припечатываю ее губы своими.
Оставляю Ирискину в покое, дабы не отхватить люлей и усаживаюсь за кухонную стойку. За свою жизнь я ни разу не видел такой растерянной бабули. Всегда собрана и никогда не забывает надеть на лицо маску стервы. Даже в холодильник не успела заглянуть, облаяв его привычное изобилие. Диктаторские замашки на время атрофировались. Потому что раздумывает. Присматривается. И все еще сомневается. Оно и понятно, такую просто так не проведешь.
Снежана же как ни в чем не бывало орудует на кухне так, словно была здесь множество раз. Быстро чистит картофель под цепким взглядом бабушки, параллельно отвечая на вопрос, как мы познакомилась. Убедительно, потому то не врет.
Выглядит она сейчас уверенно. Ничуть не уступает моей бабке. И так же уверенно подает мне миску с картофелем и терку.
— Вот на эту три, — как маленькому ребенку указывает на самую мелкую сторону терки. Вот же хитрожопая. Свалила на меня всю работу, а сама что?
— А я пока сделаю сладкий пирожок. Аккуратнее с пальчиками, — наклоняется и целует меня в щеку. Что-то мне это напоминает. Ах да, мой поцелуй в лоб. — Умничка. Евгения, подайте мне, пожалуйста, сметану.
И вот тут моя кровинушка открывает холодильник и вспоминает о своей сущности. А если быть точнее, сучности.
— Даня, сколько раз я тебе говорила, не забивать так холодильник. Ну куда тебе столько еды?
— Столько, сколько я раз тебе говорил, не навещать людей без предупреждения.
— Паршивец, ну ведь все гниет.
— Пусть гниет. Я всегда могу предложить просрочку нелюбимому гостю. Кстати, хочешь крабовые палочки сроком годности до октября?
— Даня! — тут же вскрикивает Снежана. Ух ты ж Боже мой. Слышать свое имя из уст Снежаны без официального тона, да еще и с такой экспрессией крайне непривычно. Только сейчас ловлю себя на мысли, что она ни разу не называла меня по имени.
