Сотник — это драматическая повесть о борьбе за выживание в безнадежном мире, где даже чистое небо кажется устрашающе ярким из-за угрожающей природы. Вместе с главным героем Андреем мы наблюдаем как мир меняется под влиянием жестоких изменений, вызванных внешними силами. И хотя окружающий мир кажется нереальным и тревожным, герой продолжает искать смысл в хаосе, несмотря на всю обнадеживающую невозможность....
Других же опасностей не наблюдалось, пока во всяком случае…
И вот, когда Андрей вывел на тренировку всю сотню раздался звук сигнального рожка, который предупреждал о появлении гостей.
– Проклятье! – воскликнул Кондрат, явно раздосадованный этим делом. Он планировал вновь продемонстрировать лучшую выучку его десятка, имевшего ядро из прошедших кампанию 1554 года. – Кого там нелегка еще принесла?
– Поглядим, – хмурясь, ответил парень, а потом во всю мощь легких, крикнул. – Сотня! В колонну по четыре! Стройся!
И воины начались строиться.
Да, это было безмерно далеко до настоящих кавалеристов эпохи Наполеоновских войн. Однако и на бардак иррегулярного поместного войска это не походило.
Минут за пять построились. Но сами. Парень не вмешивался, наблюдая.
– За мной! Шагом! – рявкнул Андрей, когда они, наконец, закончили, и повел колонну эрзац кавалерии к реке.
Выглядело красиво. Ровно. Аккуратно. Совершенно не типично для местного исторического ландшафта. Тем более, что до реки дорогу тоже бочкой укатали и кони не утопали в снегу.
Когда Андрей приблизился к реке, открылся вид на конно-санную группу. Всадников около трех десятков. Степень их защищенности была непонятна, ибо в зимней одежде, накинутой поверх, по обычаям Руси тех лет. Но, судя по оружию, воины, наверное. В санях же располагались тоже люди. Но меньше.
Один из незнакомых всадников поднял руку. И вся процессия остановилась.
Андрей же прошел по мосту, чтобы не мучатся с речными берегами, и направился навстречу, продолжая сближаться.
– Андрей! – крикнул старший среди гостей.
И парень вздрогнул. Это был дядя Фома. И он привел людей, которых коломенские родичи обещали ему по весне.
– Горшочек… мать твою… хватит… – тихо-тихо произнес молодой сотник себе под нос, откровенно расстроенный этой новостью. Куда их всех совать-то теперь? По зиме?
Понять Фому было можно. Он почти наверняка собрал тех, у кого ни кола, ни двора и жрать нечего, не то, что воевать.
Глава 8
1555 год, 28 февраля, вотчина Андрея на реке Шат
– Лепота! – воскликнул дядя Фома, осматривая новую броню на племяннике. – А ну как попрыгай!
– А больше тебе ничего не сделать?
– Да я без обиды. Хочу посмотреть, как все сидит.
