Совдетство. Школьные окна — читать онлайн бесплатно полностью

А если мог, то как расценивать его поступок с точки зрения морали? Я нехотя вставал, произносил волшебное слово «домострой», вычитанное в примечаниях к «Князю Серебряному», и моя учительница смотрела на меня с обожанием. Но сегодня ее карие глаза, потемнев, источали мрак неприязни.

«Она все знает! Отныне между нами чемодан и рваная шляпа!» – вспотев, понял я и с трудом поднялся, опираясь руками о парту, колени ослабли до дрожи. К своему ужасу, для начала я прокашлялся – так обычно делают отстающие ученики, чтобы хоть чуть-чуть оттянуть неизбежную «пару».

Некоторые еще трубно сморкаются в платок, надеясь на отсрочку. Но я в самом деле растерялся: для меня чувство беспомощной неготовности к уроку – это что-то новое, неведомое и постыдное. Впервые я искренне посочувствовал двоечникам, живущим в ежедневном кошмаре умственной убогости и вечной неготовности к ответу.

– В чем дело, Полуяков? – Тонкие брови Осотиной удивленно надломились.

«А еще вчера был Юрой, даже Юрочкой…» – в отчаянии подумал я.

– Холодного пивка попил, – хохотнул выпендрежник Соловьев.

– Я ценю твое остроумие, Володя, но лучше держать его при себе. Мы ждем!

– Учил… – отозвался я лживым голосом второгодника.

Сейчас главное, вспомнив хотя бы первые строчки, начать бодро, уверенно, с выражением – продекламировать так, будто знаешь всю поэму назубок, тогда учительница после первого четверостишия махнет рукой, мол, хватит, хватит, оставь другим! Я вскинул голову, через силу улыбнулся и понес:

Что там дальше, я намертво забыл, но, схитрив, сделал легкую пузу, чтобы учительнице было удобно, прерывая меня, сказать:

– Хорошо, Юра! Достаточно… Витя Расходенков, в окне ничего интересного нет.

Продолжай!

Но Осотина словно не поняла моей вежливой предусмотрительности, она оторвалась от классного журнала и, глянув на меня с внимательной неприязнью, брезгливо поморщилась:

– Ну, «был монастырь…». И что же?

«Она все про меня знает! – обледенел я. – Ипатов все рассказал своей Ирочке… Наверное, взял с нее слово, что никому ничего не скажет.

Не скажет. Но от этого не легче. Для нее я теперь навсегда стал гнусным хулиганом, обманувшим ее надежды, подняв руку на школьные окна…»

– В чем дело? Дальше! – Тонкие брови в грозном недоумении сошлись к переносице. – Не узнаю Григория Грязнова!

Почему она назвала меня Грязновым? У нее случайных слов не бывает. Точно – знает… Конец нашей удивительной дружбе.