Автор
Я была уверена, что это только кошмар — до последней секунды думала, что все сны я делаю сама. Но теперь эти тихие шаги стали реальностью, и я чувствую себя как в амбулатории времени, где каждая минута может быть необычной. Теплые пальцы обводят мою попку, нежно проводя по хлопковой ночнушке, перед тем как остаться на одном только бедре — это так захватывает дыхание и вызывает острое чувство юности и опасности....
– Пустите!.. Пожалуйста…
– Слушай меня внимательно, Тамина. Если действительно хочешь выйти замуж за достойного джигита и сохранить свою честь… Держись от меня подальше, – сурово предупредил я. – Поняла?
Слезы собрались в голубых глазах, однако лишь когда я получил утвердительный кивок, отпустил наивную девчонку, попавшую под мою горячую руку…
– Если я узнаю, что Ника догадалась о чем-то… – отчеканил я, бросив тяжелый взгляд в пространство. В этом уже не сомневался, и грудную клетку пробивало от нервного напряжения, потому что не представлял, как буду исправлять все, что затеяла тетя.
– Теймураз…
Я остановил дядю одним взглядом в упор.
– Поздравляю с годовщиной, – отрезал сухо и, больше не сказав ни слова, зашагал прочь из столовой.
Хоть и пробирала злость, все равно разочарование в близких людях лезвием проходило по душе. Они принимали мое доброе отношение за слабость… Таким гнусным способом уничтожили мое доверие!
Теперь винил себя за снисхождение, которое проявлял, замечая хорошо замаскированное пренебрежение к Нике.
Меня впервые охватила мысль, что я могу потерять ее, и страх ударил адреналином в сердце. И кому нужен был этот чертов праздник?! Кому нужно было это фальшивое единение в обществе родственников?!
Никого я не винил больше, чем себя…
Вероника
Телефон начал названивать, едва машина такси выехала из пригорода.
Когда машина затормозила возле нужного подъезда, чувство вины надавило на совесть. Я ведь не собиралась теряться и сначала сказала таксисту адрес дома Темуреза. Но по пути поняла, что там он слишком скоро найдет меня, а в мыслях и в душе все еще царил хаос.
Наверное, я просто боялась разговора, который должен был состояться между нами… Он ведь мог стать последним.
Слезы наворачивались на глаза, так что я еще минут двадцать стояла возле двери и успокаивалась, прежде чем постучать. Мне нужно было отвлечься, а не получить сочувствие.
Замок щелкнул, и дверь распахнул взволнованный отец. Прижав руку к груди, он облегченно выдохнул и громко крикнул:
– Света, она здесь!
– Что?… – донеслось из глубины дома.
