Автор
Повитуха нащупала две головки — младенца уже было положено на матрас, а ребенок крепко спал. Леди Кэтлин Хаттон, обнаженная в кровати, выглядела не человеком, а скорее животным: ее лицо исказилось от боли, руки и ноги опухли, а глаза потемнели. Атмосфера вокруг непривычно мрачная, словно проплывшая через бездонную черту....
«Я не должна бросать Кристофера. Он единственный, кто может вызволить Николаса из передряги».
– Нет, конечно же. Я не влюблена в Николаса.
Дойл встал на ее сторону:
– Она ваша нареченная, будущая леди Хаттон. Как вы можете задавать ей подобные вопросы?
Ник перевел взгляд с Дойла на Руперта:
– Не оставите ли нас на минутку? Мне нужно поговорить с невестой наедине."
"Алекс подождала, пока брат со священником выйдут, и затараторила:
– Нам нужно отложить свадьбу, Кит. Твой брат в беде, и это сейчас главное.
– Не для меня, – спокойно отреагировал Николас.
Его ответ шокировал Алекс.
– Но ты ведь защитишь его, сделаешь все, что в силах английского пэра, дабы доказать его невиновность и избавить от тюрьмы, не так ли, Кристофер?
– Это зависит от тебя.
– От меня? – выдохнула Алекс, понимая, к чему клонит Кит.
– Если ты станешь моей женой, я употреблю всю свою власть.
– Но ведь я обещала выйти за тебя!
– И ты готова выполнить свое обещание, Алекс?
Да она чем угодно готова поклясться, лишь бы заставить Кита помочь Николасу.
– Разумеется!
Он подошел к двери и распахнул ее. Руперт и преподобный Дойл снова вошли в библиотеку. Ник позвал мистера Берка, вернулся к столу и взял в руки листок.
– У меня есть лицензия на брак, Дойл. Я хочу, чтобы вы нас поженили.
Александра схватилась за горло. Похоже, близнец каким-то образом узнал, что ее сердце принадлежит Николасу, и недвусмысленно дал понять – он отправится в Лондон только после бракосочетания.
Николас поднял брови, ожидая ее капитуляции.
– Если ты дашь слово сделать для Николаса все возможное.
– Доверься мне, Алекс. – Он протянул ей руку.
Александра неохотно вложила в нее свою ладонь.
Дойл встал перед ними и открыл молитвослов.
– Берете ли вы эту женщину в законные супруги, дабы жить с ней по велению Божьему в священных узах брака? Клянетесь ли любить ее, хранить ей верность, почитать и оберегать, в болезни и здравии, горе и радости, богатстве и бедности, пока смерть не разлучит вас?
– Клянусь.
Дойл обратился с теми же словами к Александре.
Она шевельнула губами, но никто не расслышал.
– Клянусь…
– Кто отдает эту женщину этому мужчине?
– Я, – гордо расправил плечи Руперт.
– Повторяйте за мной: Я, Кристофер Хаттон, беру тебя, Александра Шеффилд, в свои законные супруги, дабы любить тебя и хранить тебе верность, почитать и оберегать, в болезни и здравии, горе и радости, богатстве и бедности, пока смерть не разлучит нас, согласно велению Господа нашего.
