Все еще улыбаясь, но чувствуя, что улыбка с минуты на минуту превратится в оскал, я не отводила от дракона глаз, одним взглядом отдавая ему всю свою боль, которую мне пришлось пережить по его вине. Гибель знакомых, свое сумасшествие в первую ночь, долгие часы отстаивания своей личности в ночь обретения тотема. Я не собиралась оставлять себе ни капли боли. Родная кровь, ее зов, который я услышала на третью секунду его нахождения в столовой, позволяли мне это сделать.
– Виктория… – Зрачки дракона расширились до такой степени, что заполнили собою всю радужку, а сам он пошатнулся и схватился за спинку стула.
– Да, папа? – Вилка, которую я все-таки взяла в руку, с неприятным хрустом переломилась, и на стол упали две половинки. – Что-то не так?
– Не так… – По виску блондина скатилась капля пота, выдавшая истинное положение дел, сейчас его раздирала боль, которую не так давно испытала я. Не такая сильная, но в то же время более концентрированная.
Как я отправила ему этот посыл, мне довольно сложно объяснить, это было скорее на уровне эмоций, чем действий, но я не жалела. Вдруг до него дойдет, что священна любая жизнь, а не только драконья. Что абсолютно любое существо может страдать, а затем отдать свою боль создателю. Тому, кто даже не представлял, на что обрекает «подопытный материал», вручая ампулу в руки убийцы.
Вздрогнув от того, что мои ледяные пальцы накрыла горячая ладонь Юмирая, я перевела на него невидящий взгляд и лишь тогда сморгнула.
Сколько времени прошло? Судя по бледности дракона, не меньше десяти минут. Что ж, пожалуй, с него хватит. Мужики вообще существа хлипкие…
Медленно вытянув пальцы из-под ладони ястреба, я прикрыла неожиданно заслезившиеся глаза и кивнула, прошептав:
В тишине и напряжении прошла минута… другая…
Я успокаивала кровь, набатом бьющую в ушах, Калахем пытался успокоить нервы, а Юмирай просто не мешал. Да уж, обед удался!
Спустя минут десять, а может, и все пятнадцать, я вспомнила, что голодна, и скептически глянула на пришедшую в негодность вилку. Н-да.
– Я уже поел. – Криво усмехнувшись, Юмирай буквально вручил мне столовый прибор, а затем налил в бокал вина и иронично отсалютовал нам обоим. – За воссоединение семьи. Вика, не злись. Признай, ты хотела с ним познакомиться, – отпив и неожиданно подмигнув, ястреб улыбнулся еще шире. – Зато теперь мне есть у кого просить твоей руки. Кстати, Калахем не против.
– Ч… – едва не подавившись кусочком мяса, я нервно отбросила вилку в сторону.
