В зловещем коридоре бункера свет отдалённых ламп создает шаткий образ действительности. Дверь приоткрывается, и на пороге стоит человек в тёмной одежде, явно неразговорчивый. Выходим, готовые принять любую угрозу, словно главные герои известного фильма.
Поднимаю вверх два пальца – мол, повторить! И указываю на собеседника. Пусть хоть всё проглотит, ненасытное хлебало. Так и получается. Поворачиваюсь, чтобы уйти, но вдруг сильные пальцы хватают меня за локоть.
– Куда же ты? А сказка? Тебе интересно будет!
– Ну, валяй, излагай… – присаживаюсь назад за стол.
– Да тут коротко! Был в соседних краях купчик удачливый. Как и тебя, Петром его звали. Со всеми-то он в ладу да в согласии жил, денег имел мошну немалую. И всё бы здорово, да не договорился купец с дорожными разбойниками.
– На всех смотреть – глаза как у рака станут! – возражаю ему.
– И то верно. Однако ж, купцы те с разбойниками договорились.
Кто-то толкает наш стол, на пол, звякнув, падает пустой стакан. Мужик извиняется и, бормоча что-то под нос, отходит в сторону. Провожаю его взглядом и поворачиваюсь к собеседнику.
– И что дальше?
Молчит сказочник, только голова его вдруг начинает клониться к столу.
– Убит… – вытирает руки тряпкой Олаф, приподнимаясь с колен. Он некоторое время осматривал тело моего недавнего собеседника, совершенно не реагируя ни на что более. – Заточкой его под лопатку кольнули – мастер работал!
– Я вот тоже как-то сразу не поверил, что он водкой поперхнулся!
Старший блокпоста мрачно на меня смотрит. Понять его можно.
– Вы тут как долго ещё быть собираетесь? – интересуется Олаф.
– Послезавтра назад собирались. А что?
– Денек ещё сверх того задержитесь? Трактирщик денег за это не возьмет!
– Зачем?
– От князя должен человек прибыть… ну, порядок такой, ежели кого тут кончат.
Что-то я про такие вещи не слыхал! Правда, раньше при нас тут никого и не резали.
