В зловещем коридоре бункера свет отдалённых ламп создает шаткий образ действительности. Дверь приоткрывается, и на пороге стоит человек в тёмной одежде, явно неразговорчивый. Выходим, готовые принять любую угрозу, словно главные герои известного фильма.
Из них так никто и не пробовал вылезать – страшно… Обугленный БТР наглядно демонстрирует ту участь, которая может ожидать любого из них.
Переговоры с танкистами там явно слышали и видели их результат. Огня из лесу не открыли – ладно. Стало быть, какая-то договорённость всё же достигнута? По-видимому, да. Но о чём?
Оживает динамик радиостанции.
– «Коробочки», это «Мамонт-2». Ну-ка, в темпе, освободили помещение! Стволы оставить внутри. Марш!
Из люков выглядывают головы десантников. Танк недвусмысленно поводит стволом – мол, я долго ещё ждать буду?! Это подействовало, народ стал нехотя вылезать наружу.
Что и говорить, танковое орудие – очень весомый аргумент в любом разговоре! А тут ещё и пулемёт с башни недвусмысленно стволом пошевеливает. Такой калибр да с близкой дистанции… броня БТР не выдержит.
Всего около «коробочек» собралось чуть более тридцати человек. В бинокль я вижу, как танкисты отводят в сторону некоторых и о чём-то с ними разговаривают. Четверо остаются с ними, а вот ещё парочку отводят назад.
"Не договорились?
Внезапно резко и пугающе грохочет башенный крупнокалиберный пулемёт с танка. Мои парни хватаются за оружие, но уже ничего не нужно. Сухо трескают ещё несколько выстрелов. Всё. Около «коробочек» больше никого живого нет. Да-а-а, старший лейтенант, не ожидал я от тебя такой резкости! Видать, мужика всерьёз припекло! Рвёт концы решительно и бесповоротно!
– «Беглец»? – оживает рация. – Давай своих.
* * *Уже на подходе к базе, Богачёв выходит на связь.
– Да в чём дело-то?! – наконец вставляет в разговор свою реплику связист.
– А в том! – чуток остыв, продолжает старший лейтенант. – Кто там сыскался, такой умник, что отправил нас бегать за этими стрелками?
– Так это…Дорошен… ой… «Третий» сам распорядился!
– Ах, вот как? Ну, так пусть встретит нас да сам и полюбуется.
– На что?!
– На то самое! Это не просто так какие-то умники по кустам шарошились – это старопетровские зомбаки!
Вот как нас, оказывается, называют? Не знал.
– Да ну нафиг… гонишь!
– Я гоню?! У двух танков гусянки порваны к свиньям, один экипаж контужен – танк ажно восьмерки по дороге выписывает!
– Иди ты… – недоверчиво произносит связист.
