В зловещем коридоре бункера свет отдалённых ламп создает шаткий образ действительности. Дверь приоткрывается, и на пороге стоит человек в тёмной одежде, явно неразговорчивый. Выходим, готовые принять любую угрозу, словно главные герои известного фильма.
Здания старой, ещё советской постройки достаточно сильно отличаются от того, что здесь понастроили за годы независимости новые жители. Собственно, старых зданий тут всего ничего: недлинный двухэтажный корпус абсолютно стандартного санаторского вида и три-четыре домика около него. Расположены они впритык к реке, которая в этом месте выходит из леса и, огибая холм, исчезает из поля зрения. Где-то там, со слов нашего специалиста, располагается запасной выход из бункера.
А вот все остальные дома поставлены на изрядном удалении от этих построек и резко отличаются даже по архитектуре.
Об этом мы Федотычу и сообщаем.
– Угу… И эта самая халабуда, что огневую точку прикрывает, примерно в то же время построена. То есть в первоначальном плане её попросту не существовало. Эта огневая точка появилась позднее, когда возникла необходимость контролировать ещё и разросшийся за последнее время посёлок.
– Почему это? – удивляется Андрей.
– Она возведена почти на вершине холма, внизу только грунта метров десять-пятнадцать минимум. А там песчаная подушка, бетонные перекрытия… Долбить всё это ради того, чтобы дежурный расчёт быстрее сменялся? А смысл? Ведь тогда надо ещё один шлюз устраивать, да и не только это.
Мы переглядываемся. Спец явно дело говорит.
– Как вечером эти ребятишки сменять друг друга станут, так и посмотрим, кто был прав. И ещё… Тепловизор у нас ведь есть? Есть! Вот и поглядим вечерком на эти вентшахты да ещё вон туда.
Федотыч тычет рукой в сторону реки.
– А там-то на что смотреть? – удивляюсь я.
– Электролинии я тут что-то не вижу, так? А ведь бункер до фига энергии требует, даже просто на вентиляцию. Значит, что? Дизель здесь – и к бабке не ходи! И сколько же эти умники соляры запасли?"
"Из дальнейших пояснений прорисовывается следующее.
