В зловещем коридоре бункера свет отдалённых ламп создает шаткий образ действительности. Дверь приоткрывается, и на пороге стоит человек в тёмной одежде, явно неразговорчивый. Выходим, готовые принять любую угрозу, словно главные герои известного фильма.
А население общины относительно невелико! На какие-такие шиши весь этот банкет? Да и что же они столь тщательно охраняют?
Оставив у посёлка наблюдателей, основная группа отошла восвояси – надо было всё тщательно обдумать и обсудить. С учётом «вновь открывшихся обстоятельств», как в своё время писали опера.
Напоследок, так и не уняв своей вредной сущности, я чуток поколдовал с обнаруженными «сюрпризами». Нет, внешне-то они остались в неприкосновенности, но вот относительно возможности взрыва… тут ожидаются сюрпризы! Могут и не сработать должным образом.
Глава 6
– Всё, что только нам доступно, перелопатил – почти нигде никаких зацепок не сыскать! – Витька в сердцах пинает ногою стул. Бедное изделие наших кустарей, однако, доказывает качество работы – даже не трещит!
Озеров делает по комнате несколько шагов и опускается на старенький, притащенный из какого-то офиса кожаный диван.
Сразу видно, особист не в духе. Глаза покраснели, надо думать, что не от беспробудной пьянки с секретаршами. Кстати, секретарём у него работает Толян Кривошеев – бывший опер из убойного отдела. Года два назад, в перестрелке с бандюками, он потерял правую руку. Но выучился писать и стрелять левой – и ныне стал тенью Витьки.
– Целую гору бумаг перелопатил! Лично, ведь свою голову никому одолжить на время не получается! И не поверишь, где нашлось.
Ага, стало быть, что-то он всё же отыскал!"
"– В бывшем шахтоуправлении, оказывается, имелась особая автоколонна, которая туда возила стройматериалы. Так вот, не знаю, что они туда ещё таскали, но одного только цемента отвезли столько… Ну, ДнепроГЭС, положим, построить не смогли бы, а вот плотину среднего размера – вполне!
Стоп! Что-то меня цепляет… что же?
– Шахтоуправление? А тут были шахты? Гонишь.
– Были! Ещё с петровских времён, оказывается! Не сильно вообще-то рентабельные – но имелись. Что-то там даже добывали. Откуда, по-твоему, у нас медеплавильный завод взялся? Всё оттуда же! А как пошла эта перестройка… – мой товарищ машет рукой и отворачивается.
Не то, не то! Лихорадочно пытаюсь поймать ускользающую мысль. Особист с изумлением смотрит на меня.
