В зловещем коридоре бункера свет отдалённых ламп создает шаткий образ действительности. Дверь приоткрывается, и на пороге стоит человек в тёмной одежде, явно неразговорчивый. Выходим, готовые принять любую угрозу, словно главные герои известного фильма.
Вот выход на полянку и прикрывался минами, точнее одной.
С выдумкой товарищ оказался – вторую мину, соединённую с первой детонирующим шнуром, он утащил назад по ходу движения, направив её вдоль тропки, по которой могли прийти любопытствующие. Так что «повезло» бы не только тому, кто на полянку вылез. Товарищам его тоже завидовать не стоит – мало бы не показалось. Похоже, здесь порезвился тот самый деятель, чьи фокусы я уже наблюдал ранее. Что ж, парень, я на твоём месте быть бы не хотел… достал ты меня уже всерьёз!
Предложенный мною план был сколь красивым, столь и наглым – наш главразведчик аж поперхнулся от неожиданности.
– Блин, ну ты даёшь… – еле выговорил он.
– Ну и что? Пройдёт же!
– Ну, в принципе… наверное, да… нет, ну ты и наглец!
– Да уж какой вырос.
Наблюдения за рабочей сменой только подтвердили мои догадки – сапёр ходил с ними вместе практически постоянно. Пару раз даже в кустах ковырялся, видать, какие-то гадости мастрячил вдоль тропки. Причём, надо отдать ему должное, делал работу исключительно педантично и по наставлению.
Вот, скажите на милость, кого, с вашей точки зрения, спереть легче?
Снайпер? Тихушник, мастер маскировки, но и другого такого же расколоть может.
Разведчик? Тот ещё мастер ныкаться да из кустов поглядывать. Как там в своё время сказал основатель французской Сюрте женераль[8]? «Только преступник может поймать преступника». Знал мужик это дело, оттого так и высказался! Вполне способен разведчик собрата-оппонента заранее засечь. Поэтому мы его трогать не станем.
Да и что могут знать эти двое? Чего ищем и кого завалить хотим? Ну, поведают они нам про это – и что? Решения-то принимают не они! Эти спецы – просто исполнители чужих приказов, не более.
И ещё есть один нюанс – его я уже после Мишке пояснил.
