Автор
В двадцать первом веке ароматы диких лесов привязаны к глубинным подземельям и специальным лабораториям. Здесь же в тринадцатый век нашей эры, чистый воздух без мусора цивилизации окружал меня, как настоящий уголок природы. Слегка поднявшись на ощупь через тихие, покрытые снегом деревья и в непроникаемой тени туч, слух постепенно вернулся, готовясь услышать нечто невероятное....
Хотя степные лучники подтвердили свое реноме лучших стрелков, но при стрельбе снизу вверх, да еще с расстояния свыше сотни метров реализовать свой потенциал они не смогли. Лишь немногие из выпущенных стрел находили бойницы, да и они не могли поколебать решимость защитников. Жители осажденного Козельска, а также серенцы, брынчане, жиздринцы, алнеровцы и селяне, зная, что у них за спиной их семьи, ни на шаг не отступали от тына.
В какой-то момент особо отчаянным татарам, боявшимся казни за отступление больше, чем гарнизона крепости, почти удалось добраться до бревенчатых клетей.
Шум и гвалт во время сражения стояли невероятные, наверно не тише, чем в современном сражении с выстрелами и взрывами. Однако отдельные фразы различить было можно, и к своему удивлению я услышал немало новых слов — как древнерусских, так и монгольских, а также узнал удивительные идиомы, о существовании которых ученые даже не подозревали.
Становилось ясно, что лобовой штурм мощных укреплений провалился. Не принесла успеха захватчикам и тактика запутывания и обмана. Сколько не метались лихие всадники вокруг города, как мошкара вокруг слона, но ужалить не могли. Сил у нас хватало везде, и найти слабину в обороне вороги так и не сумели.
Наконец с наступлением сумерек атакующие полностью прекратили попытки взломать оборону и отошли, бросив осадные снасти. Синехалатные нукеры и панцирники Йисура, опасаясь подвоха, отходили последними, прикрывая пехотинцев.
